Книга Черный престол, страница 110 – Андрей Посняков

— Ухх! — Сытно рыгнув, Мечислав откинулся к увешанной волчьими шкурами стенке. — Вот уж ублажила, люба!

Изловчившись, он ущипнул хозяйку за бок. Та довольно засмеялась.

— Вот теперь можно и делами заняться, — хищно улыбнулся Мечислав. — А ну, тащи сюда парня! Или нет… Постой-ка! Он где у тебя?

— В погребе.

— Эх, темновато там. А здесь неудобно…

— В овине посветлей будет.

— А где овин? От очага далече?

— Рядом, меж амбарами.

— Ладно, тащи его в овин, а я пока очаг разожгу поболе. Да, девок своих отправь куда-нибудь.

— Ужо отправлю. Ох, радехоньки будут.

Выйдя на двор, Любомира кликнула девок. Пождала… Те что-то не очень спешили явиться.

«Наверное, за амбаром подарки смотрят, гадюки!» — усмехнулась про себя хозяйка. И верно — обе девки, Онфиска и Лобзя, обнаружились за амбаром, под молодыми березками. Фыркая, словно лошадь, Онфиска примеряла подвески, а Лобзя едва натянула на себя куцую телогрею с беличьим мехом, сидевшую на ней, как на корове седло.

— Ишь, верещат! — ухмыльнулась Любомира. — Баски ль подарки?

— Баски, тетушка! — довольно откликнулись девки. — Нравятся.

— То-то же… Можете пойти на реку, ради гостюшки. Отдохнете там, заодно ягод да грибов соберете. Девок всех с собой заберите, да смотрите, чтоб не убегли.

— И рыжую?

— И рыжую.

— Ой, тетушка…

— Я вам покажу «ой!». Ну, что сидите? Не по нраву, так живо отправлю глину месить.

— Ой, по нраву, тетушка! По нраву.

Прогнав со двора девок и проводив их взглядом, покуда не скрылись за деревьями, Любомира, поднатужившись, отвалила в сторону огромный камень, закрывавший ход в погреб. Откинула дверцу:

— Жив ли, паря?

— Да жив пока.

— А жив, так вылезай!

Пошатываясь, Ярил Зевота выбрался наружу, щуря глаза от яркого дневного света. Светило солнышко, бежали куцые облака по голубому небу, легкий ветерок шевелил листья росших за амбарами березок.

— Что встал? Шагай давай. — Любомира подтолкнула парня в спину. Тот не удержался на ногах, упал, смешно подвернув руку. Обернулся… И закусил губу, увидев перед собой Мечислава.

— Здоров будь, Яриле-отроче, — ухмыльнулся хозяин корчмы. — Пойдем-ко в овин, поговорим.

Рывком поставив парня на ноги, он развернул его, взявши за плечи, и увесистым пинком придал правильное направление.

— Угольков из очага принеси, люба, — повалив отрока лицом вниз, попросил Мечислав. — Ну, от так-то лучше будет. — Связав Ярилу руки за спиной, он уселся ему на ноги, крикнул: — Ну, где ж ты, люба?

— Иду. Несу уже.

Любомира принесла на железном листе раскаленные докрасна угли.

— Ты чего хочешь-то от меня, дядько? — всполошился Ярил, но Мечислав ткнул его носом в землю:

— Погоди ишо говорить. Не пришло время!

Хозяйка усадьбы с любопытством смотрела на распластанного навзничь парня.

— Сыпь-ка потихоньку угольки ему на спину, — с усмешкой приказал Мечислав.

— Может, спину-то заголить сначала? — осторожно осведомилась женщина.

— Зачем? Ты сыпь, сыпь… Кошма тут есть какая? Или помело?

— Помело — вон, в углу.

Горящие угли упали на спину Ярила Зевоты. Он сразу же почувствовал жар, закричал, завертелся. Рубаха вспыхнула на его спине, запахло паленым мясом… Несчастный Ярил завопил от боли. Задергался, из глаз его полились слезы.

— Не надо больше, дядько Мечислав, не надо! Я всё скажу, всё! Спроси только…