Книга Пират: Красный барон. Капитан-командор. Господин полковник, страница 109 – Андрей Посняков

В дверь осторожно постучали:

— Сеньор лейтенант? Ты здесь, Андреас?

Громов распахнул дверь:

— Рамон! Да заходи же, не заперто. Чего такой скромный?

— Да думал, мало ли ты не один, а с какой-нибудь поселянкой, – махнув рукой, каменщик уселся за стол. – Знаешь, я ведь только что отсюда парочку выгнал, Пташку с девчонкой – ишь, отыскали себе местечко. Не по чину!

— Интере-е-есно… И что они тут делали? – вспомнив вырванные листы, насторожился молодой человек.

Рамон хмыкнул и поглядел на бочонок:

— Да ничего интересного – целовались просто. Даже друг дружку не лапали… впрочем, может, и дошло б до чего – да я помешал, выгнал. Каюта-то теперь – для тебя, Андреас, ты ж у нас нынче за старшего. А в бочонке-то что?

— В бочонке? Ром, я думаю. Хочешь, так попробуем – стаканы вон, в шкафчике, у двери.

Ром оказался на удивление неплохим, забористым и пахучим – но пах приятно.

— А ничего, – крякнув, похвалил Каменщик. – У покойника капитана губа была не дура. Так ты все же решил – к испанцам?

— Ну а куда? – Громов поставил на стол опустевший стакан. – К англичанам нам, наверное, тоже бы можно – конечно, не в Чарльстон – да ведь до них еще плыть и плыть, а Сан-Агустин – он вот, под боком.

— Поселенцы в Сан-Агустин не хотят, – оглянувшись на дверь, тихо промолвил Кареда. – Слышал, как они промеж собою шушукались. Хотят к англичанам.

— Ха! – Андрей хлопнул себя ладонями по коленкам. – Ну наглецы! Это после всего-то?

— Думаю, они хотят пленных просто убить да выбросить море. А потом все свалить на пиратов. Что ты так смотришь, Андреас? – каменщик ухмыльнулся и пододвинул стакан ближе к бочонку. – Староста их, Охейда, к тебе еще не подходил?

— Нет.

— Ну так подойдет завтра. Выпьем еще? Напоследок?

Староста поселенцев явился с утра и имел с Громовым весьма непростую беседу, в ходе которой Андрею стало многое ясно, и в первую очередь то, что появились серьезные проблемы, которые хотелось бы разрешить как можно более срочно. Поселенцы оказались людьми весьма практичными, и им вовсе не хотелось отдавать корабль, который вполне можно было продать в какой-нибудь гавани. К тому же некий сеньор Ромуальдо с помощниками уже спускался в трюм и тщательно пересчитал чернокожих невольников – на живой товар ушлые переселенцы теперь тоже рассчитывали и каждый желал получить свою долю.

О неграх, кстати, думал и Громов, предполагая, причалив к берегу еще до Сан-Агустина, отпустить их на все четыре стороны, а там – как знают. Гуманист… Однако поселенцы решили иначе: живой товар – живые деньги. Впрочем, с невольниками вопрос был не главным, иное дело – судьба корабля. Продать захваченное судно? Да еще в английских колониях? Не-ет, это не старые пиратские деньки, нынче времена иные, за такие дела запросто вздернуть могут… как того же Кидда!

— У ваших людей, сеньор Охейда, от жадности совсем крышу снесло? – выслушав старосту, язвительно осведомился Андрей.

— Извините… что снесло? – конечно же, собеседник игры слов не понял. – Какую крышу?

— Вы все с ума сошли! – молодой человек попытался изложить свои мысли куда более доходчиво. – На виселицу захотели? Как вы собираетесь продать этот чертов корабль? Кому? Никого здесь не зная.

— Люди говорят, что «Святая Эулалия» – доброе судно, – угрюмо пояснил староста. – И стоит хороших денег. Зачем нам их терять? Здесь, на чужбине, любая медяшка – не лишняя. Тем более, получив свою долю, многие вернулись бы домой.