Книга Пират: Красный барон. Капитан-командор. Господин полковник, страница 107 – Андрей Посняков

— А, кстати, где Мартин? – вдруг озаботился Громов. – Что-то его не видать.

— Да на баке они, – усмехнулся Сильвио. – Воркуют… сам знаешь, с кем.

Андрей ухмыльнулся:

— Понятно. Не рано ему ворковать?

— Ему-то не рано…

— А девчонке?

— Да сейчас такие девки пошли! – сплюнув, вступил в беседу Рамон. – Сплошные бестии: невежливые, бездельные, наглые… не то что в старые времена – тогда совсем другие девушки были, старших уважали, молились да честь свою блюли. А нынешние-то потаскушки…

Громов отмахнулся – не любил он ханжеских разговоров про «девичью честь», в конце концов это для каждой девчонки – ее личное дело, и нечего в чужую жизнь своим фарисейским мурлом лезть!

— Добрый вечер, почтенные господа, – присев, молодой человек издевательски постучался в трюм. – Во-первых, хочу осведомиться, как вам понравился ужин?

— Смотри сам им не подавись, каторжник! – злобно зарычали снизу… Похоже, что это был боцман.

— Ну как хотите, – усмехнувшись, Андрей повел плечом. – Можем вас и вообще не кормить – подыхайте, кому от этого плохо-то?

Приложив палец к губам, он кивнул своим спутникам, и те отошли от люка, встав неподалеку, у мачты.

— Эй, эй! – через пару минут забеспокоились снизу. – Вы здесь еще? Не слушайте старого дурня…

— А мы и не слушаем, – подойдя ближе, Громов погремел засовом и распахнул люк. – Просто вот тут подумали и решили вернуть вам корабль.

С минуту, а то и больше, пленники переваривали услышанную новость и, конечно же, дружно сочли ее за издевательство. Впрочем, кто-то все же осведомился:

— Шутите?

Андрей покачал головой:

— Ничуть. Но для этого вы кое-что должны сделать… Для начала я хотел бы поговорить со шкипером.

Чернявый шкипер оказался весьма любезен и особого зла не держал – в схватке ему выбили зуб, однако же не пристрелили, не проткнули насквозь и не проломили голову, так что, по мнению Громова, моряк имел все основания быть довольным.

— Нам нужно попасть во Флориду, – подведя шкипера к штурвалу, объяснил молодой человек. – Знающих моряков средь нас, как вы давно догадались, нет, но курс – что по звездам, что по солнцу – я лично определить вполне способен, так что менять его не советую. Какой здесь ближайший испанский порт?

— Сан-Агустин, – немного подумав, отозвался шкипер. – Но если мы туда войдем… вы ж говорили, что вернете судно?

— Верну, верну, не сомневайтесь, – Громов похлопал моряка по плечу. – Ближе к гавани мы спустим баркас и свалим.

— Э… кого вы хотите свалить? – не понял сленга шкипер.

— Уйдем, говорю, – но для этого мы должны как можно скорее добраться до… как там его – Сент-Огюстен?

Моряк усмехнулся:

— Так французы говорят. Сан-Агустин – если по-нашему.

Присматривать за шкипером оставили двух подростков из поселенцев, и те, гордые оказанным доверием, радостно заулыбались.

— Ты с той стороны сиди, – приказал Громов. – А ты – там. И, ежели вдруг разбойник что-то задумает – к примеру, сбежать, бросившись в море, или пробраться к трюму – освободить своих – немедленно поднимайте тревогу!

— Хм, разбойник, – уныло пробурчал моряк себе под нос. – Это кто еще разбойник-то?

Андрей, конечно, расслышал сие бурчание, но оставил его без внимания, строго-настрого наказав подросткам глядеть в оба.

Само собой вышло так, что Громов оказался нынче за старшего, и, стало быть, теперь отвечал за всех, в том числе – за пленников, за рабов и за судно тоже. По словам шкипера, до Сан-Агустина еще оставалось два дня – не так уж много, но тем не менее на эти два дня нужно было организовать народ, да и вообще – сообразить, кому и как конкретно вести дела с испанскими властями, к коим, кстати сказать, все поселенцы испытывали законное недоверие – они-то ведь в Южную Каролину плыли. Между прочим – колонию частновладельческую, не государственную, Андрей, правда, не помнил, как звали хозяина, да не особенно-то и интересовался – наверное, какой-нибудь напыщенный, словно индюк, английский лорд.