Онлайн книга «Голос Кьертании»
|
— Я всегда знал тебя как исключительно здравомыслящую женщину. — И только? – Она затушила тлеющую самокрутку носком домашней туфли. Голос её почти не дрожал, и Эрик невольно почувствовал восхищение. – Я раздумывала над твоими словами, пока ты в красках расписывал, как именно заставишь меня говорить. И ты прав: нет совершенно никакой необходимости вовлекать в эту нашу маленькую встречу… третьих лиц. Никто не узнает, Эрик. Но не надейся на меня слишком уж сильно. Каждый из нас работал тогда над своей частью проекта. Никто не видел картины целиком. Значит, ему удалось напугать её. Напугать сильно – Эрик подумал об этом без радости. — И чем занималась ты? — С определённого момента – в основном твоей матерью и тобой. – Она вытащила новую самокрутку, щёлкнула зажигалкой. – До этого – другими женщинами. И другими детьми. — Все эти женщины были препараторами? — Не все. Некоторые были партнёршами действующих препараторов. Некоторые подвергались воздействию Стужи во время беременности… иначе. Его замутило. — Мы были ни при чём, – торопливо добавила она, заметив, как изменилось его лицо. – Они попадали к нам, потому что мы их искали. Приходили сами. Или их приводили семьи. Многие рады были… наблюдению. Они боялись того… что у них могло родиться. — Всё это я понимал и без тебя, – с трудом выговорил он. – Ближе к делу. Что именно ты делала с моей матерью? — Что я?.. Не я, Эрик. Точнее… не одна я. После того как твоих родителей удалось найти… целый отдел занимался ею и тобой. Она долго выходила в Стужу, уже забеременев от твоего отца, который тоже продолжал службу. У нас были все основания полагать, что собственно оплодотворение… произошло в организме твоей матери на слое Мира. Твои родители бежали, когда… когда скрывать стало уже невозможно. И успели ускользнуть от нас. …И он родился в маленьком доме посреди леса, доме с каменным крыльцом и будкой для Малки, со старой яблоней во дворе… Доме, о котором знали немногие преданные друзья, – не так далеко отсюда. Да, они успели ускользнуть – и подарить ему детство, наполненное мечтаниями о будущем историка, исследователя… и препаратора. — Когда их нашли, ты был уже слишком взрослым. – В её голосе сквозило сожаление хищника, упустившего в последний момент желанную добычу. – Не всё, что нам хотелось бы про тебя понять, мы могли изучить… так, как нам того бы хотелось. Но всё же ты был удачей, редчайшей удачей! Не просто жизнеспособный – уникальный! Талантливый! Сильный и крепкий. И твоя связь со Стужей… – Она покачала головой. – Это мне было интереснее всего. И конечно, мы не могли не хотеть повторить это. Ведь не могли твои родители быть единственной парой препараторов в Кьертании, способной на такое? Да, мы хотели повторить это, и кто стал бы нас за это винить? – Она повысила голос, словно забыв, что он держит в руках револьвер и только что угрожал сломать ей кости. – Ты хоть можешь представить себе, как изменился бы мир, если бы мы нашли способ делать таких, как ты? Если бы все препараторы стали такими? Учёные и раньше пытались добиться чего-то подобного, но ты стал подтверждением. Мы удвоили усилия. Предлагали женщинам хорошие компенсации, если они соглашались участвовать в программе, и потом… — Моя мать, – сказал он тихо. – Что ты делала с моей матерью? |