Книга Наши лучшие дни, страница 268 – Клэр Ломбардо

— Не надо, – сказал Дэвид. Как славно было бы просто остаться с Мэрилин – танцевать под «Теннессийский вальс»^[170], маленькими глоточками прихлебывая скотч и в целом наслаждаясь жизнью. – Я сам с ней поговорю, милая.

Бедная его девочка, сколько она пережила! Дэвид поцеловал Мэрилин в макушку, вручил ей свой бокал.

— Лучше с новым зятем пообщайся. Напомни ему про свои мифические связи с ирландской мафией.

Мэрилин улыбнулась Дэвиду, но ее взгляд снова скользнул к Венди, и она заметно сникла.

— Дай ей сельтерской воды, а то она желудок окончательно посадит.

Дэвид кивнул и пошел к дочери.

— Венди, – начал он и сразу осекся. Почему он вечно говорит как какой-нибудь педант?

Дочь подняла мутные глаза. И улыбнулась.

— Папочка.

Дэвид присел на корточки, и она добавила:

— Носки у тебя высший класс.

— Пойдем-ка со мной, солнышко. Посидим вдали от шума.

Венди попыталась изобразить лицом праведное возмущение. Дэвид взял ее под локоть:

— Ради меня, милая. Пойдем, а?

Венди пожала плечами, хотела встать, но без помощи Дэвида у нее это ни за что не получилось бы. Дэвид провел ее через кухню, где хлопотали приглашенные официанты, к себе в кабинет. По пути прихватил литровую бутылку «Перье». Указал на диван:

— Располагайся, Венди.

Она засмеялась – словно закудахтала. Дэвиду стало не по себе, и одновременно он вспомнил, как давным-давно Венди – маленький живчик – вертелась у него на коленях. В три года ей особых поводов для веселья не требовалось.

Возле кресла стоял пуф. Дэвид подтащил его к дивану, уселся у ног Венди. Откупорил бутылку с минералкой.

— Я в норме, папа.

— Попей воды, Венди. – Он поднес бутылку к ее губам, и она действительно сделала несколько глотков, правда облилась.

— Тебя удар хватит, если скажу, сколько это платье стоит.

Дэвид взял бумажную салфетку, промокнул дочери мокрые губы, подбородок, шею.

— Тыщу шестьсот баксов, вот сколько, – страшным шепотом выдала Венди.

— Окей. А теперь постарайся расслабиться.

Впрочем, Дэвид понимал – не расслабление сейчас нужно Венди, а чашка кофе и сеанс психотерапии. Да еще отец, который знает, что в таких ситуациях делать, а не лезет с салфетками и дурацкими советами.

— Нет, я все понимаю: Вайолет редкого скупердяя окрутила. Только знаешь что? Совсем не обязательно было выбирать платье, на котором будто вышито: «Меня купили в универмаге “Kohl’s”».

— Ладно, ладно.

Так Дэвид отвечал, будучи поставленным в тупик, – девочки, откровенничая с ним, сильно переоценивали его представления о модных брендах и трендах, о престижных магазинах и вообще о том, что в их среде принято, а что нет.

— Твоя сестра сегодня вышла замуж. Тебе следовало бы за нее радоваться, Венди.

— О, я под впечатлением. Мазаль тов^[171], Вайолет! Кто бы мог подумать, что твоя дерьмовая жизнь таки наладится.

Со свадьбы самой Венди минуло шесть лет. В тот день старшая дочь впервые явилась Дэвиду по-настоящему счастливой.

— Солнышко, я знаю, год выдался для тебя тяжелым…

Венди повернулась к нему, и он успел заметить резкую перемену в ее мимике – характерный лишь для совершенно пьяных переход от добродушия к неприкрытой злобе.

— Неужели, папа? Ты и правда представляешь, до какой степени мне тошно?

Финальные слоги, слившиеся в нечленораздельное рычание, дали понять, сколь далеко завела Венди скорбь по ребенку.