Книга Замерзшие сердца, страница 5 – Ханна Коуэн

Видимо, после поездки нашей компании в Мексику в прошлом году – Оукли, Ава, Грейси, Адам и я – она конкретно снизила планку. Как бы то ни было, но после всего, что произошло между мной и Грей на отдыхе, от одной мысли об этой парочке моя челюсть начинает ходить ходуном, стирая в порошок коренные зубы.

— Тебе не понять – у тебя нет сестры.

— Зато брат есть. Тот еще ублюдок. – Я падаю на скамейку рядом с Оукли.

— Точно, – смеясь, он закидывает руки над головой, чтобы потянуться. – Просто не хочу, чтобы люди шептались. Мне плевать, с кем вы все спите. Но если дело касается моей сестры…

Внутренности сжимаются под грузом вины. Мне, как и Оукли, совсем не хочется поднимать тему любовных приключений Грейси. Уж точно не после недельного отпуска в ее вагине, когда она в порыве страсти выкрикивала мое имя. Не после того, как я изучил ее тело и узнал 1001 способ намочить ее трусики.

Сглатываю. Та поездка – ошибка, и именно по этой причине мы с Грейси теперь не общаемся. Я по уши погряз в нестихающем чувстве вины – еще чуть-чуть и я захлебнусь. Все, что между нами произошло, больше не имеет значения. Все кончено. И правильно, что мы решили оборвать все контакты.

— Приму во внимание, – бормочу я.

— Знаешь, как бы мне ни хотелось играть за «Ванкувер», я не подпишу контракт, если мне придется выслушивать это дерьмо.

Я усмехаюсь:

— Еще как подпишешь.

Его хохот – признак того, что я попал в точку. Оукли пойдет на все, лишь бы снова играть в «Ванкувере», и никакие слухи ему не помеха.

— Только «Сиэттлу» не разболтай. Они все еще на чудо надеются.

— Чтобы попытать счастье, сначала им придется побороться со мной и остальными парнями из «Ванкувера».

Оукли, приобняв меня за плечо, кивает и мечтательно шепчет:

— Я уже покраснел от смущения, Тай.

Тайлер

Ненавижу гребаное такси.

Стойкий запах пота. Отвратительная подвеска – настолько паршивая, что тебя болтает из стороны в сторону до тошноты. Назойливые водители, которые не догоняют, что молчание – это прежде всего нежелание вступать с ними в беседу. Порой жалею, что в качестве меры предосторожности не могу заткнуть уши берушами.

Окажись в другой ситуации, я бы ни за что на свете не согласился тесниться на крошечном заднем сиденье с двумя широкоплечими хоккеистами. Но сегодня Мэтт хочет веселья, а когда у него свербит – выбирать не приходится. Я неоднократно – и безуспешно – старался его вразумить. Вот почему сегодня я не отлеживаюсь в ледяной ванне, пытаясь унять боль, пронизывающую все мое тело.

Днем – уже ближе к концу изнурительной тренировки – мне позвонил Мэтт и начал уговаривать поехать с ним в центр города в недавно открывшийся клуб. Гребаная тусовка – последнее, чего мне хотелось, но разве кого-то это заботит? К тому же мои товарищи по команде, будучи теми еще алконавтами, выхватили трубку и без лишних раздумий приняли приглашение как собственное.

— Вы что, не могли взять тачку побольше? – психую я, не обращая внимания на локоть Мэтта, болезненно вонзающийся мне в ребра.

Тот отмахивается:

— Мы почти на месте. Заканчивай ныть, Тай.

— Закончу, если ты перестанешь пихать меня локтем.

— Эй, я ж не специально!

Один из ребят – Коннор – поворачивается с пассажирского сиденья, прищурив угольно-черные глаза:

— Может, вы оба заткнетесь? Ведете себя как чокнутая парочка.