Книга Целительница для дракона. Доказать невиновность, страница 100 – Мария Минц, Злата Уютная

Он помог не только Элизе. Он помог и мне.

Лира вернулась с чашкой дымящегося, ароматного чая.

Я сделала несколько глотков. Крепкий, терпкий, с кисловатой ноткой лимонника и сладким послевкусием меда — напиток обжигал, но одновременно и приводил в чувство.

Туман в голове начал понемногу рассеиваться, а дрожь в руках унялась.

Я понимала, что это лишь временная мера, что после двух бессонных суток моему организму требуется полноценный отдых, иначе я просто свалюсь.

Но сейчас у меня не было на это времени.

Мы с Морганом еще некоторое время оставались у постели Элизы. Он закончил вводить ей «Сердечник», а я приготовила для нее сильный мочегонный отвар на основе толокнянки и березовых почек — к счастью, эти травы нашлись в запасах у Лиры.

Через час мы добились первых результатов — почки Элизы, подстегнутые отваром и ударной дозой моего эликсира, наконец-то начали работать. Я с облегчением отметила, что ее состояние начало улучшаться — дыхание стало еще ровнее, а отеки на ногах, как мне показалось, стали уходить.

Я оставила Лире новые, подробные инструкции на ближайшую ночь и мы уехали.

На обратном пути, в карете, я, наконец, нашла в себе силы нарушить молчание.

— Спасибо, — тихо сказала я, глядя на свои руки. — За то, что… помогли. И за то, что заметили мою ошибку. Я… я очень устала.

Архилекарь долго молчал, а потом произнес своим обычным, властным тоном, в котором, однако, я уловила новые, непривычные нотки:

— Не стоит благодарности, Зоряна, — произнес он своим обычным, властным тоном. — Любой может ошибиться, особенно от усталости. Особенно, в том положении, в котором мы сейчас находимся. Именно поэтому, я не мог позволить навредить пациенту. Ведь это означало бы, что под угрозой окажется не только ее здоровье, но и сотен других людей. Под угрозой окажется наша единственная надежда на спасение королевства от чумы. Сейчас как никогда прежде мне нужны твои знания, Зоряна, а не твоя совесть, отягощенная врачебной ошибкой. Так что, просто возьми себя в руки и не пытайся взваливать на свои плечи больше, чем можешь унести.

Его слова были грубыми, по-своему эгоистичными, но я почему-то не обиделась.

Наоборот, я услышала в них то, что он никогда бы не сказал прямо — завуалированную поддержку и… признание моей ценности.

И от этого на душе стало как-то неожиданно тепло.

Когда мы подъехали к аптеке, мое сердце снова сжалось от тревоги. Я до последнего надеялась, что увижу у дверей знакомые фигуры Тоды и Ханны, которые ждут меня. Но у входа было по-прежнему пусто. Паника и волнение, которые я так старательно давила в себе, снова подняли голову.

Я открыла аптеку, и мы с Морганом вошли внутрь.

— Ну что ж, — сказал он, сбрасывая плащ, — а теперь займемся твоим чудо-лекарством.

Я кивнула и пошла в сторону задней комнаты. Но едва я сделала несколько шагов вниз по ведущей туда лестнице, как голова у меня внезапно закружилась, пол ушел из-под ног, а перед глазами все потемнело.

Мир превратился в одно сплошное, черное, звенящее пятно. Я почувствовала, как слабеют ноги, и начала падать в эту темноту.

Последнее, что я услышала, прежде чем окончательно отключиться, был его взволнованный, почти испуганный голос Архилекаря:

— Зоряна! Что с тобой?!