Книга Бывшие. Голос из прошлого, страница 23 – Галина Колоскова

Укол в сердце. Когда-то я любил подтрунивать над её румянцем по любому поводу. В редкой женщине, пережившей предательство, сохранится эта способность.

— Я приду, — обещаю, с улыбкой разглядывая пунцовые щёчки. — Тебя отвезёт тот же водитель. Он ждёт у крыльца центрального входа.

Она кивает и быстро выходит из кабинета, словно испугавшись внезапно возникшей близости.

Я остаюсь один. И впервые за многие годы на моих губах появляется не вызванная деловой необходимостью улыбка, а настоящее, тёплое чувство. Искра, которую я думал, что потушил навсегда.

Погрузиться в воспоминания не получается. Телефон издаёт тихий сигнал. Я смотрю на экран. Сообщение от Игоря.

«Нашёл кое-что интересное. Каролина хранила не только переписки. Есть видео. Скрытая камера. Разговор в гостиной вашей квартиры, где вы говорите Марине про аборт. Она всё записала. И, похоже, не просто так».

Ледяная волна накрывает меня с головой. Видео? Мой самый страшный, самый подлый поступок? Она записала его? Зачем?

Я медленно опускаюсь в кресло. Сети прошлого затянуты туже, чем я мог предположить. Запись, слитую в сеть, может увидеть Данил, его друзья или мамы его друзей. Неприятные воспоминания уничтожат только, что зародившееся доверие Марины. Мой шанс на семью.

Я сжимаю кулаки. Нет. Я не позволю! Никому и никогда!

Но как защититься от правды о самом себе?

Клим

Я просматриваю отчёты по новой сделке, но мысли крутятся в другом районе города. Марина ждёт меня в половине шестого. Осталось два часа до ужина. До того, как я снова увижу своего сына. При свете дня, наяву, а не в синем сумраке ночника.

Телефон на столе издаёт особый, срочный сигнал. Прямая линия начбеза. Сердце на мгновение замирает. Хороших новостей в такое время не бывает.

— Говори.

— Босс, проблема, — голос Игоря собран, но в нём слышится напряжение. — Только что поступила информация. В квартиру Марины Беловой с внеплановой проверкой выехала комиссия органов опеки. Им поступил анонимный звонок. Сообщили о «неблагополучной матери-одиночке, систематически приводящей в дом посторонних мужчин, создавая тем самым угрозу для ребёнка».

Ледяная волна накрывает меня с головой. Кто кроме Каролины? Даже из-за решётки частной лечебницы она продолжает тянуть свои щупальца. Или её сообщники? Нет времени для рассуждений. Разберусь потом.

Я уже на ногах, хватаю ключи от машины. Ярость, холодная и целенаправленная, заставляет кровь бежать быстрее. Они посмели напугать её, угрожать забрать самое дорогое.

— Включи запись камеры в подъезде и, если получится, подключи парочку в её квартире. Собери досье на всех членов комиссии. И чтобы мой адвокат, Свиридов, был там через двадцать минут. С пакетом документов на установление отцовства и подтверждающих мои финансовые возможности.

— Уже делаем, босс.

Я вылетаю из кабинета, не отвечая на недоуменные взгляды секретарши. Лифт едет мучительно медленно. Каждая секунда — это секунда, проведённая Мариной под прицелом чужих, осуждающих взглядов. Передёргиваю плечами. Унизительная процедура, когда тебя оценивают, как скот на рынке.

Мчусь по городу, игнорируя светофоры. Картинка её испуганного лица, глаз, полных стыда и страха, стоят передо мной. И Данил, что он сейчас чувствует, если находится дома?