Книга Поймать мотылька, страница 83 – Катерина Черенёва

Но я больше не та испуганная девочка. Я изменилась. И я не могу больше жить двойной жизнью. Не могу разрываться между виртуальным подчинением и реальными чувствами.

Я встретила человека. Того самого, с которым я вас предала. Это сложно. Больно. Неправильно, с точки зрения нашей с вами связи. Но это реально. И я люблю его. Я люблю его так, как никогда не думала, что смогу любить. Со всеми его недостатками, его стенами и его колючей заботой. И я хочу быть с ним. Целиком. Без секретов и тёмных альтер-эго.

Поэтому я ухожу. Я закрываю эту страницу своей жизни. Это не предательство. Это выбор. Выбор, которому вы же меня и научили.

Спасибо вам за всё. За то, что создали Мотылька. Теперь она должна лететь сама.

Прощайте.

Тася».

Я перечитала письмо. Слёзы стояли в глазах, но это были светлые слёзы. Слёзы освобождения. Я сделала это. Я сказала всё, что хотела.

Мой палец замер над кнопкой «Отправить». Это был мой прыжок. Не в пропасть, а в небо.

Я нажала. Сообщение улетело в пустоту цифрового мира, обрывая последнюю нить, связывавшую меня с прошлым.

Я закрыла ноутбук. Всё.

Теперь остался только Глеб. Моё настоящее. Моё будущее. И я была готова бороться за него.

Отправив письмо, я почувствовала невероятное облегчение, словно сбросила с плеч невидимый, но очень тяжёлый груз. Дверь в прошлое была закрыта и заперта. Я сидела на своей маленькой кухне, допивая остывший чай, и впервые за долгое время чувствовала себя цельной. Больше не было Таси и Мотылька, разрываемых между двумя мирами. Была только я. Женщина, которая любит и готова бороться за свою любовь.

Я уже собиралась выключить ноутбук, но что-то меня остановило. Какая-то иррациональная, сентиментальная потребность взглянуть на всё это в последний раз. Пролистать историю нашей переписки, как старый фотоальбом, прежде чем убрать его на антресоли навсегда.

Я снова открыла крышку. Чёрный экран чата светился в полумраке кухни. Моё прощальное письмо было последним в диалоге. Я медленно начала прокручивать переписку вверх, к самому началу.

Вот мои первые, сбивчивые сообщения, полные страха и неуверенности. Его короткие, властные ответы. Первые задания. Мои отчёты, похожие на исповеди. Его ледяные, но точные анализы моих слабостей. Я читала и улыбалась сквозь слёзы. Это была история моего рождения. История о том, как из забитой провинциалки, боявшейся собственной тени, я превращалась в кого-то другого.

Я добралась до того самого, последнего диалога перед долгой паузой. До того момента, когда я призналась в «предательстве», а он потребовал деталей.

«Контроль был утерян. Эмоции — это хаос, и ты в нём утонула. Это не предательство. Это слабость. И она должна быть проанализирована».

Я остановилась на этом слове. «Проанализирована». Странное, немного канцелярское, не совсем подходящее для BDSM-переписки. Глеб часто использовал его на совещаниях. «Нужно проанализировать риски», «Проанализируйте отчёт конкурентов». Но это, конечно, ничего не доказывало. Обычное деловое слово.

Я прокрутила ниже.

«Детали. Мне нужны детали. Кто он? Что ты чувствовала? Опиши. Каждое ощущение. Каждую эмоцию. Ты позволила ему завладеть не только телом, но и разумом. Я хочу знать, как глубоко проникла эта зараза».