Книга Гарри и его гарем 11, страница 58 – Нил Алмазов

Капитан говорил о них нехотя, с явным презрением, и скрывать свою неприязнь не пытался. Видимо, недолюбливал он их за то, что те не считали нужным соблюдать какие-либо условности: общались и вели себя так, как им вздумается. Конечно, я сразу взял это на заметку: с дворфами можно вести себя свободно, но без наглости, ведь я всё-таки у них в гостях. Особенно меня порадовало то, что никаких документов они никогда не требуют. Нужно очень сильно им не понравиться, чтобы тебе отказали и не пустили в город.

Больше ничего узнать не вышло, и остаток пути я почти ни с кем не общался, кроме Мелии. В каюте по ночам выпускал её из хранилища, чтобы она могла немного побыть рядом. За энергетику её не волновался: как выяснилось, она умела её скрывать. Вот почему в Де-Лее никто не догадался, что в городе находилась демоница. Тогда я задал логичный вопрос — почему же Дарки всё-таки чувствовала её? Ответ оказался прост: та в принципе видела и ощущала больше других, к тому же энергетика и аура — вещи разные, хоть и взаимосвязанные. В общем, звучало сложно, но в целом я понял.

* * *

На следующее утро мне сообщили, что сегодня мы прибудем в Барад-Толун. Я уточнил время, и мне ответили, что примерно в полдень. Это меня обрадовало: морские путешествия я никогда не любил, куда спокойнее чувствовал себя на суше. С другой стороны, дорога оказалась полезной, ведь у меня было предостаточно времени, чтобы попрактиковаться с магией воды и освоить новые техники. С огненной магией тоже поработал, придумав несколько эффективных техник, подходящих для атаки сразу по группе противников.

Когда же на горизонте наконец показалась земля, я с облегчением вдохнул полной грудью. Солёный ветер щипал лицо, в воздухе чувствовалась свежесть, вперемежку с запахом водорослей и рыбы. Волны перекатывались через борт, корабль слегка покачивало, а над мачтами слышался пронзительный крик чаек. Чем ближе мы подходили, тем отчётливее я видел, что континент дворфов почти целиком состоит из камня.

Но больше всего моё внимание привлёк колоссальных размеров монумент, высившийся вдали. Даже отсюда я различил бородатое лицо воина-дворфа, застывшего в яростном порыве. На голове его красовался тяжёлый шлем с рогами, загнутыми назад. Скалы вокруг казались низкими и блеклыми по сравнению с этой глыбой — монумент резко выделялся на фоне серого массива. Лучи солнца скользили по каменной поверхности, и казалось, будто застывший воин смотрит на море с живой яростью. Уверен, окажись я рядом с этим гигантом, почувствовал бы себя муравьём.

— Впечатляет? — услышал я за спиной голос и обернулся.

Это был капитан.

— Да, очень, — признался я. — Как же они построили такую махину?

— Всё просто: камни, магия и техника, с которой у них полный порядок. Только я лично ничего красивого в этом не вижу: такая же грубая, невзрачная работа, как и всё, что они строят. — Капитан облокотился на борт, недовольно скривившись, и продолжил уже с усмешкой: — Знаешь, какая у меня теория, зачем они возвели эту бесполезную штуку?

— И какая же?

— Из-за комплексов, — хмыкнул он и пренебрежительно махнул рукой в сторону монумента. — Они же карлики квадратные, вот и построили громадину, чтоб все видели их мнимую силу и как будто золотые руки.

— Всё может быть, — ответил я, не разделяя его взгляда. Не виноваты же дворфы, что природа сделала их низкорослыми.