Книга Внимание, разряд, страница 64 – Александра Седова

— Да.

— Вижу, ты уже дома? — утверждающий, пронизывающий до костей голос Артёма сверлит ухо.

Подхожу к окну в комнате, слегка сдвигаю шторы в сторону двумя пальцами, осматриваю двор.

— Ты следишь за мной?

Из посторонних машин — только большой синий джип, не новый и сильно забрызган дорожной грязью, из-за чего не видно номера.

— Нет. Я просто ждал, когда ты вернёшься.

— Зачем? — не свожу глаз со стёкол джипа, пытаясь разглядеть водителя сквозь тонировку.

— Спускайся, узнаешь, — усмехается.

Вроде по-доброму, но что-то настораживает. Может, интонация, или сам голос. Или то, что человек — бандит, который, очевидно, караулит меня у подъезда.

— Я после суток. Хочу спать, — отказываюсь от настойчивого предложения увидеться.

— Мне передали, что ты пожертвовала все деньги детской больнице, — удерживает на крючке, поменяв тактику. — Предлагаю съездить в другую больницу и внести пожертвования.

— Свидание? — отпускаю штору, отхожу от окна. Заниматься благотворительностью он может без меня.

— Да, пусть будет свидание.

— Я не очень выгляжу после работы, к тому же сильно устала.

— Ты выглядишь прекрасно, — улыбается голосом, который стал значительно мягче и ниже. — Это не займёт много времени. Я просто хочу немного побыть с тобой и сделать доброе дело.

— Добрые дела можно делать в одиночку.

— Я впервые хочу сделать что-то полезное для других. Без тебя никак.

— Ладно, жди. Приму душ и спущусь.

Отключаю звонок, снова выглядываю в окно, царапаю взглядом грязь на номерах, пытаясь разглядеть цифры. Интересно, от кого он шифруется? Акмаль тоже бандит, но его машина сверкает чистотой, а номера хорошо читаются. Чего не скажешь о его охране на «гелике».

А Артём — один. На грязной, неприметной машине.

Но я всё же решаю с ним поехать. Если от этой встречи зависит пожертвование в фонд больным детям, я поеду, даже если буду в коматозе.

Приняв душ, быстро переодеваюсь и выхожу на улицу. Целенаправленно подхожу к джипу и отмечаю хорошую интуицию: я угадала. Артём выходит из машины, одаривает красивой улыбкой и открывает пассажирскую дверь.

— Ты просто потрясающе выглядишь, — врёт, даже не заикаясь. Сверлит взглядом, изучает моё уставшее, невыспавшееся лицо.

— Поехали, — поторапливаю. Сбегаю от пытки взглядом, отвернувшись к окну.

Главврач детской больницы несказанно обрадовался приезду Артёма. Как только услышал о его намерении пожертвовать деньги на лечение детей, решил, что обязан провести нас по отделениям, устроить экскурсию и познакомить с маленькими пациентами.

Свидание… Наполненное сердечной болью, страданиями души за детей. За то, что любой другой человек — взрослый, познавший жизнь, с набором своих грехов — больше достоин смертельного диагноза, чем малыши, которые из самого плохого, что делали, — это раскидывали игрушки и проливали сок.

В носу щиплет от несправедливости. Да, странно искать справедливость в жестоком мире, но мне бы хотелось, чтобы дети никогда не болели. Чтобы родители несли наказание за свои грехи другим способом.

Это самое дикое, болезненное, страшное и в то же время офигенное свидание в моей жизни. Артём сделал это для меня, и, наблюдая за ним, понимаю: он и правда впервые занимается благотворительностью.

Ему некомфортно, он не чувствует кайфа от благодарностей главврача, его передёргивает от вида больничных стен, он сильно напряжён, но спокоен. Даже улыбается детям и без раздражения с ними общается.