Книга Дым и перья в академии Эгморра. Сказочная ложь, страница 306 – Кира Лин

Осторожно вдохнув, я продолжила извиваться, словно червяк, и выбираться наружу. Игнорируя усиливающуюся вибрацию и шелест листвы. Плевать на всё, нельзя отвлекаться!

Кожа на ногах дёрнулась, как от удара током. Нечто было совсем близко, от едва уловимого звука волосы на затылке зашевелились.

Сердце норовило выпрыгнуть из горла, но я сосредоточено ползла. БОльшая часть ловушки осталась позади, я уже могла сгибать колени и перевернуться на живот, когда рядом со ступнями что-то остановилось и заскребло по стволу дерева, цепануло когтями штанины.

Рывком вытащив ноги из лаза с треском ткани, я оказалась по другую сторону леса — как раз вовремя, потому что стена из деревьев резко и с душераздирающим скрипом переплелась намертво, отрезав путь обратно.

Боги…. Если бы я на долю секунды оказалась медленнее, то мне бы оторвало ноги по щиколотку….

Гонимая этой мыслью, я вскочила на ноги и пошла дальше, ориентируясь на едва различимую нить магии. Лес редел, пока не оборвался, вместе с ним стих гул в голове, и передо мной расплескалось поле жёлто-фиолетовых цветов.

Сразу вспомнилось маковое поле из одной детской сказки, где герои засыпали, пытались преодолеть его.

Пребывая под впечатлением от леса, я не решилась идти по нему, не разобравшись что к чему. Будто нарисованное закатное солнце лупило безжалостно по глазам, пришлось приставить ко лбу ладонь.

Я обвела взглядом горизонт, и тут сердце ухнуло в пятки.

На холме, за полем, стоял небольшой деревянный дом. Доносилось кудахтанье куриц, свист косы, срезающей траву. Я вытянула шею и задержала дыхание.

Ко мне спиной стоял мужчина в простой серой рубашке и со светлыми волосами. Они были чуть длиннее, чем вчера. А когда Бен обернулся, то лучи солнца подсветили щетину на его лице.

Проклятие… Что… Как это вообще понимать?!

Но мне было плевать. Я бросилась через цветочное поле, выкрикивая его имя. Бен не слышал, даже не обернулся — двинулся в сторону дома и прислонил косу к стене. А я всё бежала и бежала, но как-то слишком медленно.

Не сразу заметила, что цветы тонкими усиками цепляются за одежду и жалят сквозь ткань. Это стало ощутимо, когда я почувствовала слабость. Из меня выкачивали жизненную энергию.

Мерзкие цветы облепили голени и присосались, как пиявки. Их столько вокруг меня сомкнулось, что я уже с трудом передвигала ногами, не прекращая звать Бена по имени проседающим голосом.

Последние метры я преодолевала ползком как в тумане. Перед глазами плыло, небо кружилось с неистовой скоростью, вызывая рвотный рефлекс. Одной рукой я инстинктивно накрыла живот и всхлипнула от бессилия.

Нет, так не может всё закончиться! Когда я, наконец, смогла забеременеть!

Очередной прилив адреналина вдохнул в меня силы. Поднявшись на четвереньки, я со всей скоростью, на которую была способна, поползла вверх по холму. Цепляясь пальцами за хищные цветы, режущие подушечки, как хрупкое стекло, продиря себе путь ногтями, впиваясь ими в землю.

Выползая на холм, я уже не чувствовала ни усталости, ни боли. Бледное пятно, похожее на лицо Бена, обернулось ко мне. Я не могла разобрать выражения на нём, в ушах грохотал пульс.

С трудом поднявшись на ноги, я бросилась навстречу, чувствуя, как на сознании сжимается чёрный кулак. Протянула руки, сжала рубашку на его груди, и меня затянуло в пустоту.