Книга Дым и перья в академии Эгморра. Сказочная ложь, страница 220 – Кира Лин

Мишель с облегчением выдохнула. По моей руке потекла сила, просочилась под кожу, и в теле появилась лёгкость. В душе расцветало спокойствие, умиротворение.

Сестра отсекла мои страхи и волнения, развеяла их. Напряжение выплеснулось импульсами тепла, разлетелось искорками, подхваченными порывом ветра. Я заморгала и нахмурилась. А она улыбнулась.

— Запомни, Эшли: кем бы ты ни была, я остаюсь твоей сестрой, в наших жилах течёт одна кровь. Неважно, что у тебя она тёмная — это ничего не меняет. Я горда тем, что моя сестра — рагмарр! Ты открыла мне глаза, многим из нас. Стойко терпела мою неприязнь к охотникам и доказала, что и среди них есть достойные маги. Ты всегда была другая, — прошептала она, и её голос пресёкся.

Облизав губы, Мишель качнула головой:

— А я всегда знала, что тебе не место в моей лавке или за прилавком цветочного магазина. Не потому, что тебе это занятие казалось скучным или всё из рук валилось. Хотя меня это даже забавляло. Причина крылась глубоко в твоей сущности, но даже я не сумела её разглядеть. И мне стыдно за то, что винила тебя в хладнокровии и эгоистичности, не понимая их истинной природы. А ведь всё было так очевидно! Прости меня, Эшли. Твоё предназначение — направлять рагмарров, научить их снова смотреть на свет. И я вместе с ними пойду за тобой без тени сомнения.

На глаза навернулись слёзы, но я улыбалась. Накрыв руку сестры ладонью, я погладила её и прерывисто вздохнула.

— Спасибо, Мишель, — тихо сказала я. — Твою проницательность я, как обычно, не учла. И вовсе не хотела ранить своим молчанием. Но ты не….

— Это мой выбор, — с едва уловимой твёрдостью в голосе перебила она, и в тёмных глазах вспыхнули огоньки. Она чуть склонила голову, глядя на меня исподлобья. — И ты не станешь меня отговаривать. Хватит лелеять мои чувства! Я не такая хрупкая и нежная, как вы привыкли считать....

Голос Мишель оборвался, в её глазах отразилась тень…. Я резко обернулась, но показалось, что слишком медленно. Сердце пропустило удар, холод сковал грудь.

Сначала я увидела Кендру — она смотрела на меня, и ненависть в её взгляде буквально жгла мне кожу. Я быстро глянула на Тома. Он стоял, ухмыляясь, но было какое-то движение в загустевшем воздухе.

Что-то блеснуло, отбросило блик — в Мишель летела магическая стрела. Тонкая, как стальная нить, наконечник пылал чёрным огнём.

Выставив руку на миг раньше, я поймала стрелу, она вплавилась в ладонь, будто та была из воска.

Я посмотрела на Тома, разжимая пальцы. Его лицо опустело, в глазах сгустилась тьма. Ненависть холодила мне душу и заглушала боль — отдалённо я ощущала её, но желание убить Шермана затмевало прочие чувства.

Оно чёрной дырой разъедало изнутри, подстёгивало совершить опрометчивую глупость. Но сегодня от каждого моего поступка зависели чужие жизни. Я не имела права ошибаться и неоправданно рисковать.

Эта мысль помогла остыть.

— Ты сдохнешь первым, — процедила я.

Стрела осыпалась пеплом на землю. Я посмотрела на свою ладонь. Чёрные паутинки яда растеклись под кожей и исчезли. Он больше на меня не действовал, но Мишель убил бы мучительной смертью.

Сестра глубоко и жадно вдохнула.

— Я всего лишь выполняю свою работу, — с издёвкой бросил Шерман и подмигнул, улыбнувшись ещё шире.