Книга Корона Олимпа, страница 102 – Кейт Ашер

На мгновение я позволила себе представить мир, где у меня действительно была свобода выбора.

Буду ли я всё так же тосковать по нему, если обрублю эту связь? Будет ли он тосковать по мне?

Исчезну ли я в никуда, как те обрывки нитей? Или буду блуждать, неприкаянная и потерянная, подобно душам, которые я сама приговаривала к Полям Асфоделя?

Я шагнула вперед, желая узнать, как звучит моя судьба — каков ее тембр. Келис наблюдал с напряженным интересом, будто знал: мое решение сегодня так или иначе изменит нас обоих.

Одинокая, тоскливая нота наполнила залу. Сильный тон среднего диапазона, ни высокий, ни низкий. Устойчивый. Чистый. Но чем дольше он звучал, тем грустнее мне становилось. Нить натянулась между моими бледными пальцами, мерцая в тусклом свете.

Я могла это сделать. Один взмах полночного клинка — и я покончу со своим участием в расколе миров. Я могла закончить войну до того, как она начнется. Никаких испытаний, никаких потерь, никакой привязи к судьбе, которую я не выбирала.

Но мои пальцы не шевельнулись. Кинжал не проявился. Тени не пришли на зов.

Я никогда не боялась смерти. Я шла бок о бок с ней всю свою жизнь, с самого рождения. Мы были родней — смерть и я. В самой нашей глубине играла одна и та же меланхоличная песня.

Нет, я боялась не смерти. Я боялась того, во сколько обойдется мой выбор. Если я решу сделать что-то иное, кроме как просто уйти, я рискну всем. Каждый мир и каждая душа заплатят мою цену.

Но если я уйду, я выберу путь терпения. Я выберу встречу со всем, что грядет, — как бы сильно это ни ранило меня.

Прошел удар сердца. Затем второй.

Я выдохнула — медленно, прерывисто — и отпустила нить.

Покорилась судьбе.

Тишина снова воцарилась в зале.

Я обернулась и встретила острый серебристый взгляд.

Знал ли он? О пророчестве, по которому правил его отец? Из-за которого он умер? Осуждал ли он меня теперь за то, что я позволила всему этому свершиться?

Я сбежала прежде, чем успела прочесть ответ в его полных шторма глазах.

Несколько минут спустя, торопливо поднимаясь по пыльной лестнице, я почувствовала странное умиротворение.

Что бы ни сплела для меня судьба, я встречу это лицом к лицу. Даже если это разобьет мое холодное черное сердце. Даже если это меня убьет.

Келис

Я покинул зал последним — именно так, как и планировал. Мне требовались тайна и тишина, чтобы завершить свою часть испытания. Я с самого начала знал, каким будет мой выбор.

Мойры замерли у стены — величественные, судящие. Мне было любопытно, что они думают о том, что я собираюсь совершить. Знали ли они об этом заранее?

«Ты уверен, что хочешь это сделать, божественный юнец?» — пророкотал Ликос в моем сознании.

«Уверен так, как ни в чем другом в своей жизни», — ответил я. Его присутствие отступило в темный уголок моего разума.

Когда Нисса выбежала из комнаты, я улыбнулся. Меня наполнило чувство правильности происходящего.

Я двинулся вперед, проводя пальцами по безмолвным струнам, пока одна из них не отозвалась. Раздался теплый гул. Приторно-сладкий звук, напомнивший мне о липком, полном карамели кармане. Я тихо рассмеялся про себя, вспомнив тот день в лесу.

Сжав золотую прядь левой рукой, я резко полоснул по ней правой, рассекая ноту надвое.

Прежде чем нить успела раствориться, я потянулся вверх и поймал ту, что приметил как нить Ниссы. Наши струны и без того были совсем рядом; они шли параллельно, словно судьба всегда к этому и вела.