Книга Мама, я не хочу быть Злодеем, страница 81 – Александра Король

Я быстро вошла, попутно рассматривая обстановку. Здесь оказалось совсем не грязно, как я ожидала. Даже постель была заправлена ровно, с жесткими, почти солдатскими складками. Ничего лишнего — только кровать, стул, платяной шкаф.

Я опустила поднос на журнальный столик и придирчиво оглядела небольшую комнату, пока ее хозяин принимал душ. Не знаю, почему не ушла сразу.

Вскоре Реймонд вышел, вытирая полотенцем влажные волосы. Благо, предусмотрительно надел пижамные штаны, но обнаженный торс еще блестел от капель. И явно не ожидал застать меня посреди комнаты.

— Ты пришла, — бросил полотенце на спинку стула и шагнул ко мне.

И только в этот момент до меня дошло: я нахожусь наедине с полуголым мужчиной ночью в его спальне. И по собственной воле.

Ой-ей.

— Попей чайку и прикройся, а то заболеешь, — сказала я, отводя взгляд от его влажного торса, который будто специально подсвечивался лунным светом, делая рельеф еще заметнее.

— Тебе не удастся вновь меня растоптать, — прошипел он. — Я не тот зеленый пацан, готовый расшибиться в лепешку лишь ради одного твоего взгляда.

Ого. А ведь он был влюблен в Кэтрин. Но она, видимо, грубо его отшила, раз он до сих пор на меня фырчит.

— Не думаешь, что пора отпустить прошлое? — спросила я.

— Тебе, я смотрю, легко дается забывать, — он скользнул взглядом по подносу, а потом перевел его на кровать. — Раз едва развелась и уже ищешь утешение.

У меня перехватило дыхание от возмущения. Да как он смеет! Да кто он такой, чтобы говорить мне такое?

Не желая больше оставаться ни в его компании, ни в его спальне, я резко развернулась, взметая полы халата, и пулей метнулась к выходу. Но Реймонд оказался быстрее.

Он опустил руку на дверь, закрывая ее в тот самый миг, когда я попыталась открыть. И не церемонясь, развернул меня лицом к себе, прижав обнаженным торсом к дверному полотну.

— Не строй из себя оскорбленную невинность, — прохрипел он прямо в ухо, от чего по спине побежали мурашки.

Я дернула рукой, собираясь влепить ему по щеке. Но он молниеносно перехватил мою руку — а следом и вторую, зафиксировав их у меня над головой. И предусмотрительно придвинулся вплотную, прижимаясь бедрами к моим, лишая возможности вырваться.

Я подняла глаза, желая испепелить его взглядом, но встретила такой же — если не более зловещий. В его глазах пылал настоящий огонь. Светлые пряди упали на лоб, ноздри раздувались, как у хищного зверя, дернулся кадык — и время будто замедлилось.

А потом воздух в комнате изменился.

Враждебность растаяла, уступив место тяжелому, давящему напряжению. Я остро, почти болезненно ощутила его прикосновения к своей коже — будто миллион мелких разрядов прошили меня от запястий до самого низа живота, где они встретились, образовав тугой, горячий шар. Это было пугающе приятно.

Что это со мной?

Реймонд оскалился, словно прочитал мои мысли. И, не давая панике разрастись, обрушил на меня поцелуй.

Такой неистовый, что я забыла, как дышать. Такой требовательный, что все сомнения, все обиды, все «нельзя» и «зачем» сгорели в одно мгновение. Никогда не испытывала ничего подобного.

И я ответила. Потому что хотела этого. Потому что ждала.

Свеча на столике моргнула и погасла.

Луна спряталась за тучи, оставив нас в темноте — наедине с тем, что не требовало слов.