Книга Помощница некроманта, страница 26 – Елена Княжинская

Белла почти сдалась. Словно жрица светлой Элве, отрешилась от мира и его забот. Медленно сползла вниз. Она уже не чувствовала ни рук, ни ног, ни желания двигаться. Сознанию не за что было уцепиться. Грезы и воспоминания, сплетаясь в причудливый узор, постепенно вытесняли иные мысли.

Арабелла прибыла на бал, устроенный в одном из столичных дворцов. Последние три дня она только и делала, что заучивала имена, титулы, родословные. От избытка все смешалось в голове. Страшно было что-то перепутать и тем самым оскорбить кого-либо из гостей.

Дворецкий услужливо распахнул дверь, пропуская ее и матушку. Церемониймейстер объявил их имена. Хозяин приветствовал легким поклоном.

— Рад видеть вас, — седой, но еще крепкий статный мужчина поцеловал руку графини Пленнес, по-отечески тепло улыбнулся Белле. — Обещайте мне танец.

Графиня опустила глаза, развернула веер у лица в попытке изобразить смущение. Сделала реверанс и отошла в сторону, уступив место другим гостям. Вела дочь под руку, расточала улыбки, кивала знакомым.

— Мама!

— Тише, Белла, это невинный ни к чему не обязывающий флирт. Я уже не в том возрасте, чтобы думать о замужестве, до интрижек не опущусь. Поверь, место твоего отца в моем сердце никто не займет.

— Прости, я не хотела тебя обидеть. Мне кажется, папа был бы рад, если бы ты снова обрела…

— Тсс, сейчас разговор не обо мне. Из-за траура ты и так пропустила осенний бал. После него, как известно, заключается очень много браков. Присматривайся к кавалерам, но помни: не больше одного танца. Два — это намек на симпатию, три — почти отношения. Наша семья уже не так состоятельна, как в прошлом. Красота и молодость недолговечны. Ты не имеешь права на ошибку, поэтому улыбайся всем, но никому не давай обещаний. Честь не платье: один раз запятнав ее, уже не отмоешься.

… Один партнер сменял другого. Имена, лица, комплименты — все смешалось. Слишком много впечатлений для одного вечера. Когда слуга вручил записку, Арабелла обрадовалась короткой передышке.

Переход из бальной залы на балкон с видом на сад занял немного времени. Насторожили задернутые шторы, но Белла не ждала подвоха. Кто-то из знакомых, должно быть, решил разыграть ее или Говард нашел возможность встретиться и объясниться. Она решительно шагнула вперед и угодила в чьи-то крепкие объятия.

— Попалась, птичка, — прошептал незнакомый голос.

Это не Говард. Глупо надеяться, что по прошествии почти двух лет он станет искать встречи с ней. Попыталась вырваться, но крепкие руки только сильнее сжали ее плечи.

— Отпустите, слышите меня? Я не давала вам права…

— Значит, дашь. Мне еще никто не отказывал, птичка.

Разум кричал об опасности, но тело перестало подчиняться. Какой-то звук на грани слышимости змеей проник в сознание, подчиняя себе. Арабелла тряпичной куклой повисла на руках мужчины, в котором, к несчатью, узнала принца.

— Белла, очнись!

Кто-то отчаянно тряс ее за плечи, вырывая из плена воспоминаний. Девушка попыталась открыть глаза, но даже на это не хватило сил.

— Вижу! — послышался тот же голос. Мужчина обращался уже не к ней, к кому-то еще. — Собери мои вещи: кинжал, артефакты. Остальное пусть остается.

Пауза. Белла не слышала ответа. Только ветер свистел, и капли воды стекали по лицу и рукам. Холод не давал забыться, как и голос, что настойчиво звал ее по имени.