Книга Лютумвиль. Королевство огня и глины, страница 42 – Антон Мамон

Регина находила это забавным: заветная мечта тысяч лютумвильцев легко могла обернуться трагедией. Вне всякого сомнения, мастерица знала свое дело и не совершала промахов, но далеко не все находилось в ее власти. Помимо Де Люты, таинством руководила еще одна сильная женская фигура: ее величество Смерть. Густой тенью она перемещалась по мастерской, наблюдая за этапами обжига. Ее изношенный балахон не пропадал из виду, словно костлявая ждала чего-то… Замирая в определенный момент, она становилась неподвижной, как огородное пугало. Лишь красные огоньки ее глаз продолжали мерцать из-под мешковатого капюшона. От подобного зрелища даже Регине становилось не по себе. Ведь взгляд Смерти всегда был направлен туда, где находился будущий адепт вечности. Она наблюдала за тем, кто твердеет в языках пламени, словно оценивая шансы на удачный исход.

Несколько раз Регина проигрывала этот молчаливый бой. Вместо заново родившегося счастливца в недрах печи она находила лишь гору осколков. Порой это могла быть гигантская трещина через все лицо, отбитая жаром рука или другая часть тела, разлетевшаяся в процессе обжига. Де Люта не знала, чем руководствовалась великая жница, но полагала, что именно так она получает свое, лишний раз напоминает о себе и о том, что даже тем, кто вечен, важно помнить о смерти… Случалось это крайне редко, и все же случалось. Королеве не оставалось ничего иного, кроме как безропотно мириться с рисками.

К счастью, похожие злоключения обходили стороной победителей турнира. Казалось, у Регины была особая договоренность со Смертью, некие условия, на которых этим двоим удается мирно сосуществовать в Лютумвиле: одна создает жизнь, другая ее забирает. Но, если хочешь подарить бессмертие одному, будь готов и к преждевременной кончине другого. Условия игры не были до конца ясны, но королеву это не смущало. До тех пор, пока баланс сохранялся, она занималась своими делами, а Смерть – своими. Сегодня же пришлось поймать себя на мысли, что в любой момент «перемирие» может кончиться.

Положения окажутся пересмотрены и авторитету монархини будет нанесен невосполнимый урон! Что, если Люпус не выжил в огненном плену и рассыпался в оранжевую пыль по воле бездушной старухи? Страшные догадки ускорили сердцебиение и шаг королевы. Настроение омрачилось, словно кто-то плеснул чернилами на холст с прекрасным пейзажем. Регина ворвалась в мастерскую, не успев перевести дыхание. Неизвестность пугала даже больше, чем мысли о том, что Люпуса больше нет.

Раскрутив тугой вентиль, она потянула дверь на себя. Та подчинилась: распахнулась широко, выплюнув облако тепла и пыли. В душной утробе печи не виделось движения. Едва сдерживая волнение, королева позволила глазам привыкнуть к полумраку. За считаные мгновения она тысячи раз прокрутила в голове мысль, что ее творение уничтожено… Но, стоило тревоге достичь предела, из глубины камеры послышался кашель. Облегченно выдохнув, волшебница зажгла свечу и подалась вперед. Люпус сидел в дальнем углу, обнимая колени. С ним все было в порядке.

— Выбирайся оттуда, у нас много дел, – намеренно холодно бросила Регина и отвернулась. – Сегодня пройдет ужин в твою честь. В качестве гостей – первые лица Лютумвиля, министры и военные начальники. Будь готов назвать имя счастливца, которого я сделаю бессмертным по твоей воле.