Книга Присвою тебя. Навсегда, страница 67 – Виктория Кузьмина

Он приподнялся, сменил угол, и каждый толчок теперь приходился туда, где было слаще всего. Невыносимо хорошо, до слез и искр перед глазами. Я закричала бы, если бы могла, но вместо этого только беззвучно открывала рот, сжимая его волосы в ответ, царапая спину.

— Ты так сладко стонешь… Я бы не выпускал тебя из постели. — Волна накрыла с головой. До ослепительного света перед глазами и его рыка в мои губы.

Мы лежали так несколько минут. Я потеряла счёт времени растворяясь в этой неге. Он всё ещё был во мне, тяжёлый, горячий, и не хотел уходить. И я не хотела его отпускать.

— Тим, — прошептала я в его волосы. — Если еще когда-нибудь решишь, что мне нужен кто-то другой…

Он поднял голову. Посмотрел на меня. В глазах всё ещё алое пламя, но сквозь него пробивалось что-то такое светлое, такое тёплое, что у меня защипало в носу.

— Прости за эти слова, — выдохнул он. — Я так сильно боюсь потерять тебя…

Закончив сушить волосы, я протянула фен Кире, и та, убрав его в шкаф, опустилась перед своей дочерью на корточки. Девочка смотрела на мать с таким видом, что читалось всё и без слов. Сейчас она напоминала мне домовенка из мультика, который я в детстве смотрела, Такая же растрепанная и недовольная. Нижняя губа чуть выдвинута вперёд, руки скрещены на груди, взгляд, выдающий в ней отцовские черты, тяжёлый и обиженный. Её явно не устраивало, что мы не берем её с собой.

Тим и Агастус уехали на встречу с Барсовым ещё полчаса назад, что-то передать, что-то забрать, о чем они по итогу договорились я так и не поняла, но спрашивать не стала. Кира же собралась ехать в центр со мной. Ей тоже нужно было что-то сделать по документам, и Тим уговаривал нас подождать их возвращения. Долго уговаривал. Вот только я всё равно продавила своё, потому что торчать в четырёх стенах и ждать у меня уже не было никаких сил. Мысль, что я сижу и жду, когда кто-то решит мои проблемы грызла меня и хотелось хоть что-то сделать самостоятельно. Он в итоге отпустил нас с охраной, но лицо при этом было такое, словно он очень не хотел и переступал через себя.

— А что тебе нужно по документам сделать?

Кира повернулась ко мне с интересом, подхватив дочь на руки и чмокая её в макушку, и я открыла телефон, привычно уже листая новости, хотя знала заранее, что там.

— Паспорт восстановить. Да и остальные документы.

Новости не изменились. Статьи появлялись и исчезали, одна за другой. Бредовые и лживые, но упакованные так умело, что неподготовленный человек мог поверить. И люди верили. Или нет. Сеть уже раскололась на лагеря, и это было, наверное, самым неприятным. Одни писали гадости под любой фотографией, где мелькало лицо Тима. Другие возмущались, требовали доказательств, устраивали перепалки в комментариях. А третьи просто снимали видео с разборами этих статей, ловя хайп на чужой беде. Вот это последнее раздражало особенно. Потому что людям было всё равно, правда это или ложь, главное, что можно посмотреть и переслать.

— А какие у тебя документы есть с собой?

Я замерла, опустив телефон и только сейчас поняла, что из документов у меня было только мамино завещание. Больше ничего. Вообще никаких бумаг, которые подтверждали бы, что я Соня Герц.

— Никаких.

Кира посмотрела на меня внимательно. Она знала, в какой ситуации я оказалась, знала достаточно, чтобы не задавать лишних вопросов, хотя, признаться честно, таких выражений как у неё я от девушек раньше не слышала. Особенно запомнилось её обещание натянуть Виктору глаз куда-то туда, куда глаза в принципе не натягивают. После этого я окончательно поняла Агастуса и его поступок при нашей первой встрече. Кира была женщиной взрывной. Очень.