Книга Присвою тебя. Навсегда, страница 12 – Виктория Кузьмина

Она помолчала, глядя куда-то в окно.

— Раньше все думали, что они умирают… Но современные технологии показали, что они просто впадают в спячку. В кому. И такую искру можно вернуть несколькими способами. Один из которых — надеть на неё кольцо с душой другой искры, — тихо закончила женщина, смотря куда-то в окно.

Я наконец решилась задать самый главный вопрос, тот, который жёг меня изнутри, требуя ответа:

— Что происходит с искрой, у которой забирают кольцо?

Женщина с сожалением посмотрела мне в глаза и тихо произнесла:

— Они погибают.

Мир вокруг накренился. Не физически, но внутри всё перевернулось, рухнуло, и я почувствовала, как ноги подкашиваются.

Они погибают.

Значит, та девушка… та, что была до меня… она мертва.

— Он сейчас не может снять его… Почему? — прошептала, цепляясь за последнюю соломинку надежды.

— Потому что кольцо нужно снять в определённый момент, — объяснила Лола. Её голос был устало-печальным. — Во время сильного эмоционального всплеска, когда энергия бьёт ключом. Обычно это происходит во время… интимной близости. Но с тобой он просчитался. Твоя душа принадлежит тому, кто метку оставил на твоем теле. Твой истинный… зверь. Оборотень. И его метка не отдаст чужому твою душу. Можешь отдать сама, но силой не снимет никто.

Я закрыла глаза, чувствуя, как слёзы жгут веки, но не позволяла им пролиться, потому что не могла показать слабость, не могла сломаться, хотя внутри всё рвалось на части.

— Что мне делать? Зачем тогда свадьба?

Лола подошла, обняла меня за плечи, прижав к себе, и я почувствовала её тепло, её заботу, и это было единственным, что удерживало меня от полного краха.

— Я думаю у него есть что-то еще. Он хитрый как шакал и даром, что медведь. Думаю попытается повлиять на тебя. Не жди этого момента, — прошептала она мне на ухо. — Скоро вы поедете в твой родной город. Там твой шанс. Не упусти его. Беги. Беги так далеко, как только сможешь, и не оглядывайся.

Тимофей распахнул дверь в приёмную своего кабинета так резко, что она ударилась о стену с глухим стуком. Зашёл внутрь, и первое, что увидел это как его помощница, к слову доставшаяся ему от Степана в наследство, сидит с глазами полными испуга.

— Лера, какого чёрта здесь происходит, скажи мне?

Подошёл ближе, она указала дрожащим пальцем на дверь его собственного кабинета, не говоря ни слова. Ни в силах выдавить из себя хоть звук.

Он нахмурился, сдвинув брови так, что между ними появилась глубокая складка, но не стал на неё давить дальше, потому что видел, что девушка была на грани истерики.

Развернувшись к двери своего кабинета, Тимофей понял. Что-то было не так. Он толкнул дверь плечом, не церемонясь.

То, что он увидел, заставило его замереть на пороге, будто кто-то ударил его под дых, выбив весь воздух из лёгких.

В его кресле откинувшись на высокую спинку и разваливаясь так, будто это был его собственный кабинет, сидел мужчина.

Старый. Очень старый.

Седые волосы, длинные, были собраны в небрежный пучок на затылке, и несколько прядей выбились, обрамляя лицо. Густая седая борода, ухоженная, но дикая, доходила почти до груди, и в ней виднелись отдельные более тёмные волоски, словно напоминание о том, что когда-то этот человек был молод. Лицо изборождено морщинами. Особенно вокруг глаз и рта, и кожа была смуглой, загорелой, но с тем нездоровым оттенком, что приходит с возрастом и болезнями.