Онлайн книга «Виктория. Вспомнить себя»
|
В мире, где солнечный свет — редкая роскошь, пробивающаяся сквозь плотные слои тумана и нагромождений, наги нашли удивительный способ преобразить свою реальность. Они научились использовать драгоценные камни, отполированные до зеркального блеска, словно осколки небесных светил, упавшие на землю. Эти самоцветы не просто украшали их жилища, но и служили источниками света, отражая и преумножая скудные лучи, делая даже самые темные уголки озаренными мягким, притягательным сиянием. Для тех, кто вырос в этом мире, подобное зрелище, возможно, было обыденностью, такой же естественной, как дыхание. Но для меня, девушки, чье прошлое было окутано мраком, а единственным опытом стало выживание на самых низших уровнях Страгона, этот мир предстал настоящей волшебной сказкой. Особую благодарность стоит отдать к местным мастерицам за их гениальное решение — использовать растительность в оформлении их обителей. Живые растения — лианы, обвивающие стены, пышные плющи, ниспадающие каскадами, стройные стволы бамбука и ароматный эвкалипт, растущие в изящных кадках, — повсюду создавали ощущение жизни и свежести. Эти зеленые акценты разбавляли сумрак, придавая всему окружению живописный, "зелено-крапчатый" вид. В сочетании с мерцающим блеском драгоценных камней, это создавало впечатление не просто декораций, а по-настоящему живого, дышащего мира, наполненного уютом и гармонией. Я невольно вспомнила "Palais de la magie" и его антураж… Что ж, кто бы не создавал интерьер данного отеля, он однозначно постарался, но ничто и никогда не передаст того, что я видела сейчас. Мы прошли узкими улочками куда-то вдаль. Тарун жестом дал знать, чтоб я держалась чуть подальше, но не теряла его из виду. Это было сложно, ведь я постоянно отвлекалась на окружение. Меня пленили не только виды, но и запахи. И только вдыхая ароматы местной еды с долетавшими до сюда запахами морского бриза, я осознала, на сколько я голодна. Но сейчас явно было не до моего желудка. «Продержись еще несколько часов, и возможно тебе перепадет вкусный чапати Би», — договаривалась я со своим телом, в то время как глазами рассматривала самих жителей сего государства. Это были не те пещерные наги, с которыми я делила кров с месяц, а горожане. У них был другой крой одежды, иной говор, да и манера вести себя. Если в нашем лагере все держались отстраненно, с военной холодностью, то это общество было куда более радушным и добрым. Это чувствовалось и в милых улыбках, глубоких взглядах их глаз. — Мне не кажется ваш народ угнетенным, — в одном из поворотов, при котором Таруну пришлось выждать меня, поделилась я своим мнением. — Считается, что это все лишь терпеливость и набожность, да и мы прошли приличные районы, так что не обольщайся, — кратко прошептал он мне в ухо, когда как для остального мира принц рассматривал у ларька висящие на веревке высушенные травы. Я не знала, что ответить. Отчасти он, возможно, был прав (да скорее и был абсолютно прав! Кто я такая, чтоб судить нагов и делать выводы с пары минут пребывания в этом мире), однако мне было страшно рушить то, что имеется сейчас. Гражданская война еще никогда не проходила столь спокойно, чтоб не потревожить ни архитектуру города, ни их жителей. Откуда такие выводы? Видимо, из прошлой жизни… |