Книга Виктория. Вспомнить себя, страница 108 – Раяна Спорт

В эту минуту нас словно заволокло магией любви. Все вокруг перестало существовать. Остались только мы, наши взгляды, переплетенные в танце, и это ощущение неминуемого, неизбежного. Я чувствовала себя птицей Феникс, восставшей из пепла. Все прошлое, все сомнения, все страхи — все это сгорело дотла, оставив место только для этого момента, для Таруна. И я была готова лететь в этот огонь, даже зная, что могу обжечься. Потому что иногда риск стоит того, чтобы почувствовать себя живой.

— Эй, — руки принца схватили меня и немедля прикрыли плащом. — Только не здесь. Только не сейчас, Изи! Возьми себя в руки.

Но я так была счастлива. Такие ощущения я испытывала, когда «горела» в лесу, когда передавала магию обезьянке, когда занималась любовью на опавших листьях бамбука, когда нас никто не видел и было светло, так же, как и в пещере, где мне привиделся свет после того, как я вскрикнула, ощутив сладость наслаждения.

— Почему ты меня скрываешь? — спросила, когда уже меня на руках перетащили в укромное место на улицу. На это указывал свежий воздух и отдаленные голоса. Сама я все еще находилась в коконе его плаща.

Тарун молчал и тихо наблюдал за мной, улавливая каждый жест и взгляд. И вновь меня пронзила мысль, что он прощается.

— Твоя магия пригодится сегодня. Не трать ее попусту, — дал он разумный ответ.

И мы застыли. Я бы многое отдала за то, чтоб в эту минуту время остановилось навечно.

От принца пахло хвоей, прохладой зимы и толикой корицы. От меня же исходил запах апельсинов с ванилью. Стоя в объятиях друг друга, завернутые в плотную ткань плаща, ароматы наши танцевали вальс цветов. А возможно это моя неиссякаемая магия нашла в себе проявление подобным образом.

— Нам надо идти во дворец, — хрипло произнес Тарун, которому, знаю, тоже не хотелось разрушать это волшебное мгновение.

— Я люблю тебя, — прошептала я, на что он только загадочно улыбнулся и выскользнул из плаща, умудрившись оставить меня в нем так, что я могла все видеть, а меня — нет. Ткань пропитала его запах, и я, наслаждаясь им, с толикой грусти, шагнула в новый мир.

Итак, мы попали в самое сердце земли нагов, в город, который по праву носит имя Дакрленд. Теперь стало кристально ясно, почему именно так его нарекли. Город представлял собой настоящий лабиринт из пещер, настолько плотно переплетенных, что солнечный свет едва пробивался сквозь эту подземную паутину. А влажный тропический климат добавлял свою лепту, окутывая все вокруг густым, таинственным туманом, который придавал этому месту особую, завораживающую атмосферу.

Входы в эти пещеры напоминали пчелиные соты, но стоило ступить внутрь одной из них, как становилось очевидно: за этими, казалось бы, простыми отверстиями скрывается целая сеть запутанных ходов и выходов, ведущих в неизведанные глубины. Наги были повсюду, каждый занят своим делом, их движения были плавными и целенаправленными.

Порой, чтобы понять, чем занимается обитатель той или иной пещеры, достаточно было взглянуть на табличку, прикрепленную к двери. И, как и предсказывал принц, большинство из них оказались искусными ювелирами. Глядя на здания, украшенные сверкающими, инкрустированными камнями, я не сомневалась ни на секунду в их подлинности. Это было истинное великолепие, та самая изюминка, которая делала Дакрленд таким неповторимым и притягательным.