Книга Держите огонь зажженным, страница 47 – Ирина Дегтярева

Петр вздохнул и открыл папку. Молодой Басир-Ясем в иракской бежевой форме выглядел бравым офицером. Судя по приложенной к фотографиям справке, он уже был тогда женат. Полон надежд и преисполнен важности. Еще бы! Ответственная миссия быть представителем ССБ в Советском Союзе, в могущественном КГБ, да к тому же в таком молодом возрасте. Но он уже ветеран войны, преданный Саддаму, в 1979 году пришедшему к власти. И все мнилось радужным – панарабистские идеи, то, что БААС у власти, даже война еще не казалось бессмысленной, а демонстрацией силы Ирака.

Тобиас смотрел на Горюнова, пока тот читал. Петр выглядел крайне сосредоточенным, и связной в который раз подивился, как этот человек может отрешиться в мгновение ока от окружающей действительности, полностью погрузившись в изучение каких-либо документов.

Неизвестный оперативник начала восьмидесятых довольно плотно общался с Ясемом, это, наверное, даже можно было назвать симпатией к объекту. Характеристику иракскому офицеру госбезопасности он дал на удивление точную, если учесть, что осторожничали в разговорах оба, скованные инструкциями.

Петра заинтересовал особенно один момент, который открывал для него Тарека с определенной стороны. Чекист, писавший отчет, считал, что Тарек излишне увлечен службой и карьерным ростом.

Тарек родился в очень бедной семье, пошел служить, чтобы выбиться в люди, да и просто не умереть с голоду. Богачом не стал, попал на войну, был ранен в руку. Вернулся в Багдад и с упорством учился. Оказался в Мухабарате. Все время оттенял, что судьбой похож на Саддама, и чрезвычайно гордился этим.

— Кабир, но ты же помнишь, я надеюсь, что основная твоя задача – курды и MIT, а не Тарек, – напомнил связной. – Из-за него ты не должен надолго откладывать поездку. В Эрбиль самолетом полетишь. Так быстрее и безопаснее.

— А оружие? Вообще-то у нас с Басиром есть небольшой «минивэнчик»…

— Забудь и про Басира, и про «минивэны». Самолетом туда около часа. Не будем рисковать. На дорогах сейчас опасно. А с оружием у них в горах проблем нет. Авдалян уже просил поторопить тебя. Зара связалась с кем-нибудь из РПК? Это нужно для дополнительного прикрытия.

— Да. Нас обещают встретить в Эрбиле. И все же с Тареком мне придется разобраться. Пока что он тоже собирается ехать со мной на север.

— Это исключено! Он провалит дело. В крайнем случае… – Тобиас вздохнул и промолчал, но Петру и так было понятно, что Тарек станет опасен, если откажется от сотрудничества.

— Что я ему могу пообещать?

— Деньги. Возможно, учитывая его профессиональную подготовку и опыт, работу в арабских странах – может быть, в Сирии. Ему, как я понимаю, здесь терять нечего… – связной встал, прошелся по комнате, раздвинул пальцами жалюзи и посмотрел на улицу: – Пока песчаная буря, у тебя есть время, но не позднее понедельника ты должен вылететь в Эрбиль. Мы еще встретимся у Ваджи. До переезда в Париж в Багдаде поведу его я. Познакомишь меня и с Недредом, если Центр одобрит работу с ним. В Эрбиле тебя примет наш человек из генконсульства. Ты его знаешь. Он был связным после вторжения американцев.

— Идзи? – припомнил Петр имя того связного. – Какой идиот дал вам польские псевдонимы? А ему бы больше подошло Любомирз или Радзимиш.

— Я ему передам, – серьезно пообещал Тобиас. – Тебя тоже Поляком прозвали.