Книга Проклятая гонка, страница 96 – Катори Ками

— Все, что происходит в бойцовском клубе, остается в бойцовском клубе, — вздохнул Рольф.

Жерар кивнул.

У Эмбер был выбор. Она могла не подписывать новый контракт. Но тогда ей пришлось бы искать работу, а у Пио она получала полмиллиона в год. Она согласилась, что гарантированная заработная плата лучше, чем реальная угроза загреметь в тюрьму за вымогательства.

— Ты знал об этом, когда покупал команду? — спросил Рольф.

— Да, — Жерар вздохнул, допил воду. — Но, как выяснилось, не вся информация, оказавшаяся в моем распоряжении, была достоверной.

Пио рассказал ему об аварии, и даже о забастовке механиков. Но ни словом не обмолвился о том, что Эзра ехал на заведомо неисправной машине. Потом показал оплаченные им счета из больницы и за переоборудование дома Эмбер под нужды инвалида. Пио утверждал, что с Эзрой все улажено, и даже показал подписанный им отказ от претензий.

— Он его действительно подписал? — удивился Рольф.

— Да, Пио обработал его сразу, как парень пришел в себя после операций, — Жерар постучал себя по виску. — Когда лекарства еще не выветрились.

О да, это Рольф понимал, как никто. Вчера, заполучив свой телефон, он думал, что полночи будет переписываться со всем миром сразу, узнавая как дела, что слышно и строя планы. Но сил хватило только на короткий звонок родителям. Даже поставленный в режим “комфорт для глаз” экран был слишком ярким. У Рольфа опять разболелась голова, да так сильно, что сегодня утром он пока не решился снова взять телефон в руки.

Пио, казалось, учел все. Не просчитал только, что отказ от претензий не равен запрету на написание биографий.

Книга могла бы стать бестселлером. Но увы, раньше, чем Эзра сумел снова начать пользоваться ноутбуком, он познал другую страсть — наркозависимость.

Врачи ничего не могли поделать с его спастикой и не видели другого выхода, кроме как назначать лошадиные дозы обезболивающих. Начинали с банальных нестероидных противовоспалительных средств, потом были ненаркотические обезболивающие, и наконец дошло до “тяжелой артиллерии”.

Эмбер пропустила момент, когда начала не покупать лекарства сыну, а доставать ему дозу.

Написанный им опус не то что издательства не взяли, даже таблоиды побрезговали в подобном пачкаться. Пио расслабился, раз в пару лет чуть-чуть поднимал Эмбер зарплату и думал, что все держит под контролем.

Пока был жив Эзра, так оно и было. Эмбер были нужны деньги на уход за ним.

Но год назад, когда команда была в Штатах, нанятая Эмбер сиделка — одна из трех, они работали посменно — нашла его бездыханным.

— Эмбер тогда взяла отпуск до конца сезона, — припомнил Рольф. — В паддоке еще судачили, что она решилась на ЭКО.

— И пошел этот слух от Билла, — заметил Жерар.

— Неплохо он ее прикрыл, ничего не скажешь, — Рольф спустил ноги с кровати. — Простите, я должен отлучиться, — он показал на дверь в санузел.

— Тебе помочь или позвать кого-то? — забеспокоился Жерар.

— Нет, я признан способным поссать без провожатых, — Рольф попытался встать, но сморщился от прошившей грудь боли и рухнул обратно на кровать. — Поводок забыл, мать его так… — он снял с крепления мешок дренажной системы.

Вернувшись, обнаружил, что ему принесли обед, а для Жерара и Ченга сварили кофе. Видимо, президент распорядился не только оплатить лечение Рольфа, но и обеспечить ему и его посетителям максимальный комфорт.