Книга Разрубить гордиев узел, страница 49 – Александра Миронова

Вино пролилось прямо на диван. Ольга вскочила, не заметив, как влажное полотенце упало прямо на пол, подбежала поближе к телевизору, словно пытаясь вытрясти из него больше информации, но тщетно: тот уже переключился на открытие новой детской площадки.

Она огляделась в поисках телефона, схватила его и набрала номер.

— Поужинаем в ресторане, или я закажу еду? – поинтересовался Валерий, когда Ольга появилась у него на пороге.

— Что-то аппетита нет, – она прошла в лофт, не разуваясь, и, обернувшись, посмотрела на Валерия, приглашая его последовать за ней.

— Что-то случилось? – нахмурившись, поинтересовался он. Он был уверен, что сегодняшний вечер проведет в одиночестве, поэтому обустроился с комфортом: открытая бутылка коньяка, лимон дольками, минимальный свет из стильных металлических ламп, чью яркость можно было контролировать. Играет джаз. Приезд Ольги оказался приятным сюрпризом. Первой мыслью было: она одумалась, все поняла, оценила его. И теперь они будут вместе. Нерушимые, как скала. Но по выражению ее лица он понял, что ошибся. Ольга была одета в черные штаны и черную льняную рубашку. Платиновые украшения, отливающие стальным блеском в приглушенном свете, и свободно льющиеся по плечам светлые волосы придавали ей сходство с ангелом смерти.

— Случилось. Смотри.

Ольга достала телефон, зашла на сайт новостного канала и включила часть новостей, посвященную новорожденным младенцам.

Валерий просмотрел видео с непроницаемым выражением лица, затем перевел взгляд на Ольгу, несколько мгновений помолчал, а потом поинтересовался:

— И?

— У дочери Разумного шесть пальцев на ноге.

— Полидактилия распространенное явление.

— В одном городе рождается сразу несколько младенцев практически в одно время с одинаковым диагнозом? – приподняла бровь Ольга.

— Случай распространенный, – пожал плечами Валерий. – Один на три тысячи родов. Плюс здесь не сказано, какого именно возраста дети.

— Слишком много совпадений, ты не находишь?

Валерий обошел Ольгу, подошел к низкому столику, плеснул еще коньяка в бокал и повернулся к ней:

— Выпьешь? Ты слишком напряжена. Мне кажется, что тебе нужно расслабиться.

— А мне кажется, что тебе нужно перестать мне врать, Валера. Что происходит?

Несколько минут он не отвечал, рассматривая Ольгу, которая тоже не сводила с него взгляда. Он слишком хорошо ее знал. Она была упорной, и если вобьет себе что-то в голову, то не остановится. Лучше ей сказать правду.

— Ничего. Если ты говоришь о нашей клинике, то да, мы продаем эмбрионы бездетным парам.

— Китайцам? – впервые лицо Ольги дрогнуло.

— А что, китайцы не люди и не имеют права на счастье? – криво усмехнулся Валера.

— Ты меня идиоткой считаешь? Ты сам знаешь, что славянских детей они скупают в огромных количествах. Престарелые богатые китайцы, внезапно решившие, что на старости лет им не хватает персонального детского сада. Знаешь ты также, Валерочка, что никто никогда судьбу этих детей не отслеживает, а в Китае стремительно растет продолжительность жизни.

— Оля. – Валерий поставил бокал, подошел к Ольге и обнял за плечи, продолжая пристально смотреть в глаза. Тон голоса смягчился: – Оленька, ну ты что, страшилок насмотрелась? Ну просто у китайцев мода такая, любят они европейскую или славянскую внешность, для них это идеал красоты. Престарелые, потому что всю жизнь работают и копят деньги, чтобы во второй половине жизни познать семейное счастье.