Книга Акушерка для наследника дракона, страница 48 – Лилия Карниенко

Церемония.

Двор.

Первый большой выход.

Идеальный момент, чтобы не просто подобраться к наследнику, а сделать это под прикрытием благословений, шелка, золота и общего внимания к имени, а не к рукам.

— Я не дам его никому, — тихо сказала Арина.

— Никто и не просил, — произнесла Мирель, и только после этих слов Арина поняла, что это была первая за все время фраза, сказанная не с нажимом, а почти с усталой, нехотя признанной правдой.

— Тогда зачем платье?

— Потому что двор и так уже шепчет. Если вы войдете туда в ночном платье и с распущенными волосами, вас сожрут быстрее, чем произнесут имя наследника.

— А если войду в шелке, не сожрут?

— Сожрут, — спокойно ответила Мирель. — Но позже и не так громко.

Одна из служанок опустила глаза, пряча тень улыбки. Мирель даже не повернула головы, но девушка тут же выпрямилась, будто ее ударили по шее.

Арина выдохнула сквозь зубы.

— Ивена знает?

— Старая кормилица уже в соседней комнате. Готовит ребенку запас чистой ткани, воды и всё, что вы вчера велели держать под рукой.

Мирель помедлила, потом добавила чуть тише:

— Все вещи для наследника сегодня проверяла я сама. Лично.

Это должно было успокоить.

Почему-то не успокоило.

Потому что королева тоже жила внутри системы, где всё якобы проверяли.

— Хорошо, — сказала Арина. — Оставьте платья. И ларец тоже.

— В нем повязка для волос, тонкие перчатки и знак допуска к внутреннему кругу церемонии.

Вот теперь Арина вскинула голову резко.

— Знак?

— Серебряная брошь с солнцем династии. Без нее вас просто не подпустят к помосту.

— А с ней подпустят?

— Если ребенок потянется к вам, — спокойно сказала Мирель, — подпустят все.

Смотрительница развернулась, явно считая разговор законченным.

— Подождите, — остановила ее Арина.

Мирель обернулась.

— Кто еще будет у наследника на церемонии? Не вообще в зале. Близко.

— Его величество. Старая императрица. Храмовая хранительница. Две женщины из древних родов королевских кормилиц. Глава дворцовой медицины. И вы.

Белое рядом со мной.

Сердце у Арины дрогнуло так сильно, что она едва не стиснула ребенка чересчур крепко.

— Почему храмовая хранительница? — спросила она.

— Потому что имя наследника должно быть услышано не только двором, но и огнем рода.

— А женщины из древних родов?

— Потому что традиция требует, чтобы возле первого выхода младенца стояли те, чьи семьи веками служили королевским детским.

Те, кому не открывают сумки у колыбели.

Те, кто проходят там, где других останавливают.

Арина почувствовала, как усталость на мгновение отступает, уступая место сухой, острой собранности.

— Их имена.

Мирель посмотрела на нее без раздражения, но и без желания помогать лишнее.

— Леди Эстара из дома Варн. Госпожа Мейра из побочной ветви дома Солвейн.

Дом Варн. Дом Солвейн.

Пока имена ничего не дали. Но теперь у тени появился хотя бы контур.

— И еще, — добавила Мирель, прежде чем уйти. — Вас попытаются выставить лишней. Не спорьте там, где это можно пережить молча. И спорьте там, где вопрос касается ребенка.

— Вы даете мне совет?

— Я даю вам двор.

После ее ухода комната осталась полной шороха ткани, запаха свежего льна и нового напряжения. Арина еще несколько секунд сидела неподвижно, а потом осторожно поднялась и пошла в смежную комнату, где Ивена уже раскладывала чистые пеленки, маленькую бутылочку с водой и мягкое полотно для плеча.