Книга Измена дракона. Ненужная жена больше не плачет, страница 99 – Ангелина Сантос

Она вцепилась в алтарь.

— Не отдавай!

Она не поняла, кто это крикнул: Ливия, Эйран, Кай или она сама.

Серебряный ключ под платьем вспыхнул жаром.

Марина схватила его и вонзила в открытую страницу домовой книги.

Не в бумагу — в свет над ней.

Дым взорвался.

Когда он рассеялся, Ардан исчез.

С ним исчезли двое магов, которых не успели схватить. Остальные лежали на полу, связанные серебряными линиями часовни.

Эйран бросился к двери.

Снаружи — только темная тропа, рев моря и погасшие факелы.

Гарт выругался:

— Ушел через морвенский разрыв.

Орден, едва держась на ногах, кинулся к книге.

— Запись?

Марина опустила взгляд.

Серебряный ключ торчал между строк. Страница была цела. Имя Лиары светилось ровно.

А ниже появилась новая запись:

«Ардан Дрейкхолд явился в старую часовню, атаковал домовую книгу, пытался стереть признанную клятву и свидетельство супруги. Право старшего главы спорно до Суда крови».

— Спорно, — прошептал Орден. — Не утрачено окончательно, но спорно. Этого хватит, чтобы он не мог просто забрать власть на Совете.

Кай опустился на колени у алтаря.

Ровена села рядом прямо на камень, будто впервые позволила себе не стоять.

Ферн бросился к ней, потом к Марине, потом к Эйрану, не зная, кого ругать первым.

— Все живы? — спросила Марина.

Голос звучал далеко.

Эйран обернулся.

— Марина?

Она хотела сказать, что все нормально.

Но ноги наконец подвели.

Трость выпала из руки.

Эйран успел поймать ее у самого пола.

— Я предупреждал, — сказал Ферн, уже склоняясь рядом.

Но голос его дрожал.

Марина попыталась улыбнуться.

— Мастер Ферн, вы говорите это так часто, что однажды окажетесь правы.

— Я уже прав! Постоянно!

Эйран держал ее на руках, и теперь она уже не могла даже сделать вид, что возражает.

— Книга, — прошептала она.

— Цела.

— Кай…

— Имя Лиары записано.

— Ардан…

— Ушел. Но теперь у нас есть его нападение на домовую запись.

Она закрыла глаза.

— Хорошо.

— Нет, не хорошо. До рассвета меньше трех часов.

— Тогда не давайте мне спать сутки.

— Я не дам вам умереть.

— Это тоже подойдет.

Он прижал ее осторожнее.

— Марина.

Она открыла глаза.

В темноте часовни его лицо было совсем близко. Усталое, раненое, испачканное сажей и кровью. Уже не безупречный великий дракон Севера. Просто мужчина, который слишком поздно начал понимать цену своих ошибок и теперь пытался удержать хотя бы живых.

— Что?

— Спасибо.

Слово было простое.

Но она услышала, за что именно.

За Ливию.

За Лиару.

За Кая.

За то, что не дала Ардану снова стереть имя.

За то, что сама едва держалась на краю, но все равно вонзила ключ в запись.

Марина закрыла глаза.

— Потом благодарите. Если переживем Совет.

Кай поднялся у алтаря.

Лицо его было мокрым, но спокойным.

— Переживем.

Ровена посмотрела на сына.

— Кай…

Он не дал ей договорить.

— Завтра. Перед Советом. Все.

Она кивнула.

Они вышли из часовни перед самым рассветом.

Небо над морем светлело холодной серой полосой. Ветер трепал плащи, факелы коптили, стражники вели связанных магов. Орден прижимал домовую книгу к груди так, будто нес живое сердце. Ферн ворчал, что если после этого кто-нибудь еще скажет «надо срочно», он ударит первым.

Марина ехала обратно в карете, уже не споря.

Сил не было.

Но в руках у них было главное:

имя Лиары,

запись о спорном праве Ардана,