Книга Ртуть, страница 70 – Калли Харт

Эверлейн молчала, сидя неподвижно, с прямой спиной, но почему-то мне показалось, что у нее внутри в этот момент что-то надорвалось. Она долго смотрела вниз, на свои руки, сложенные на коленях, наконец тихо вымолвила:

— Прости, Сейрис, но все сложнее, чем ты думаешь.

— Да неужели? – резко вмешался Кингфишер. Он перестал таращиться в одну точку, находившуюся где-то в дальнем углу библиотеки, и теперь уставился на Эверлейн – я даже втайне возблагодарила богов, что этот пронзительный взгляд адресован не мне. – Человеческий род слаб и порочен, но я должен признать, меня восхищает верность этой его представительницы. Для нее семья превыше всего. Это дорогого сто́ит. И заслуживает награды.

— Фишер, послушай… – начал Рэн.

Но Кингфишер уже переключил внимание на меня, и я вздрогнула, когда он ко мне обратился:

— Они тебе этого не скажут, поскольку им нужно, чтобы ты смирно сидела в Ивелии и делала то, чего от тебя ждут. А я скажу. Есть вероятность, что твой народ уцелел, человек. Весьма существенная вероятность.

У меня в груди жарким огнем полыхнула надежда:

— Почему? Что ты знаешь?

— Фишер! – сердито выпалила Эверлейн.

— Немилосердные боги… – Рэн вскочил и зашагал туда-обратно вдоль стола, досадливо ероша мокрые волосы.

Только Русариус сохранил спокойствие.

— Мадра с помощью Утешителя некогда запечатала переходы между мирами. Это было очень давно, но теперь, когда меч вернулся к нам, да еще вместе с алхимиком, она не сомневается, что со дня на день на нее пойдут войной…

— Она понятия не имеет об алхимике! – возразила Эверлейн.

— Портал мог открыть только алхимик, – парировал Кингфишер и без паузы продолжил, снова обращаясь ко мне: – Сколько обученных воинов сейчас у королевы Мадры?

— Не знаю… Тысяча или две.

— Две тысячи? – Он презрительно хмыкнул. – Мадра не может не понимать, что без свежего резерва Зильварен не выстоит. Тридцатитысячная фейрийская армия сметет ее гвардейцев, как только Беликон откроет врата в людской мир. Некогда она его обманула, обвела вокруг пальца и перекрыла ему торговые пути в другие миры. Я уж не говорю о том, что до сих пор ходят слухи, будто наследник Даянтусов скрывается где-то в Зильварене. Король Беликон непременно захочет развязать войну – кровавую, на уничтожение. Ему это будет необходимо для того, чтобы в Серебряном городе не осталось ни единого претендента на его трон. Так что вряд ли Мадра прикажет уничтожить десять процентов своих подданных только для того, чтобы отомстить одной глупой девчонке. Она не убьет твоих друзей и соседей. Она их мобилизует.

Мобилизует?! Кингфишер думает, что Мадра сама вложит Хейдену в руки меч, вместо того чтобы его убить? Уж не ослышалась ли я? Зильварен ни с кем не воевал столетиями. Пустыня взимает свой беспощадный налог, если какое-либо воинство пытается ее пересечь. К тому времени, когда оно добирается до Зильварена, от него остается в лучшем случае половина бойцов – едва живых, изнуренных и обезвоженных. Без доступа к источникам воды они не могут даже мечтать о победе, поэтому убираются восвояси, а остальные, наученные их опытом, и вовсе не решаются выступить против Мадры. Поэтому теперь у королевы нет необходимости содержать большую армию, как столетия назад. Однако если Кингфишер прав и она действительно ждет, что на нее из резервуара со ртутью в дворцовых подземельях хлынут несметные полчища врагов, тогда, возможно, ей придется набрать в армию людей из бедных секторов. И хотя перспектива войны Ивелии с Зильвареном совсем не вдохновляла, она давала надежду на отсрочку приговора для моих близких. Да, я цеплялась за соломинку, но это было лучше, чем ничего.