Книга Ртуть, страница 55 – Калли Харт

— Это еще что? – выдохнула я.

Эверлейн ответила быстрым шепотом:

— Дракон. Последний дракон, – многозначительно уточнила она. – Его звали Омнамшакрай. Мой народ о нем легенды слагает.

— Какой же он был длины от головы до хвоста? Не меньше пяти десятков шагов, наверно! – Я запрокинула голову, когда мы приблизились, чтобы лучше его рассмотреть, но все равно не могла представить себе истинные размеры этого существа при жизни. – Как он умер?

— Потом расскажу, – шепнула Эверлейн.

Меня так заворожил монструозный череп, что я не сразу заметила шесть величественных кресел, установленных на помосте под ним, и обратила на них взгляд, лишь когда мы остановились перед медной жаровней, потрескивавшей огнем.

— Дочь моя, – прозвучал холодный резкий голос.

Король производил внушительное впечатление. Волосы цвета черного янтаря посеребрила на висках седина; мутные темно-карие глаза смотрели мрачно и недружелюбно. Стройным его никто бы не назвал, но и чрезмерно толстым он не был. Импозантный правитель восседал перед нами в величественной позе. На нем была тяжелая мантия из зеленого бархата, на плечах скалились вышитые золотом морды каких-то диких зверей. Одна его рука покоилась на подлокотнике резного, богато украшенного трона; второй, в кожаной перчатке, он рассеянно покручивал рукоять большого меча, упертого острием в пол у его ног. Это был тот самый меч, который я вытащила из платформы в Зале зеркал. Темное лезвие сверкало на поворотах, ловя отблески пламени от жаровни.

Эверлейн присела в низком поклоне перед отцом:

— Ваше величество…

Суровый взгляд Беликона упал на меня кузнечным молотом. Я постаралась не отводить глаза, но выдержать заключенную в нем силу, странную энергию, прожигающую насквозь, было трудно. Мужчина, сидевший слева от короля, нарушил тишину:

— Почему ты не склонилось перед своим государем, человеческое создание?

Он был худощав, вид имел болезненный, а его кожа казалась тонкой, как старый пергамент, и под ней по щекам и лбу ветвились, словно молнии, синеватые вены. В устремленных на меня глазах цвета потускневшего олова поблескивала неприязнь. В отличие от короля этот фейри был одет очень просто – в черное с ног до головы.

— Он мне не государь, – отрезала я.

Эверлейн вздрогнула и поспешила вмешаться:

— Простите ее, ваше величество. Ваша гостья еще не до конца оправилась от ран и не успела привыкнуть к новому окружению.

И то верно, блин, к новому окружению я не привыкла. Каждому богу из тех, с кем меня сегодня познакомила Эверлейн, придется совершить маленькое чудо, прежде чем я освоюсь в этом странном мире, а судя по ее словам, означенные боги где-то пропадают.

— Невежество не оправдывает невежливость, – отрезал фейри в черном.

— Погоди, Ориус, – разомкнул уста король Беликон. – Давненько я не сталкивался с таким открытым пренебрежением. Это даже как-то бодрит. Я готов потерпеть до тех пор, пока ее дерзкое поведение не станет слишком утомительным. Подойди ближе, девушка.

На каменном помосте были заняты только три кресла из шести. На третьем восседала облаченная в белое очень старая дама. Волосы у нее были седые и невероятно густые; руки – шишковатые. Она наблюдала за мной глазами, похожими на два бездонных колодца, заполненных не тьмой, а белым светом, пока я, гордо задрав подбородок, шла к королю.