Книга Ртуть, страница 308 – Калли Харт

«Со мной все будет нормально, Оша». Его голос, прозвучавший в моей голове, был едва слышным шепотом.

Лоррет подался было к Кингфишеру, чтобы помочь ему устоять, но Харрон с рычанием дернул его обратно.

— Что они с тобой сделали? – спросил бард Кингфишера.

Тот улыбнулся, показав испачканные кровью зубы:

— Они бы назвали это… расправой? Так, Харрон?

— Ты получил меньше, чем заслуживаешь за то, что сам сделал со мной, – процедил гвардеец. – Я бы удавил тебя своими руками, если бы…

— Заткнись, человек! – рявкнул Беликон. – Кингфишер должен поведать нам свою историю. Давай, пес, расскажи, как ты собирался меня победить.

И Кингфишер устало заговорил:

— Орда подошла к вратам Гиллетрая. Там было двадцать тысяч вампиров. Наша армия на юге отбивала атаку другого войска, меньшего по численности. Но та атака оказалась отвлекающим маневром. О том, что лучшие подразделения вампиров Малькольма двинулись на Гиллетрай, мы узнали слишком поздно. Через теневой портал я мог перебросить только несколько воинов. Мы с Рэнфисом и другими «волками» поспешили в город, чтобы спасти столько мирных жителей, сколько сможем.

— Какая самонадеянность, – фыркнул Беликон. – Семерка фейри против двадцати тысяч вампиров. Он ведь правда думал, что сумеет их одолеть!

Кингфишер продолжил, не обратив внимания на реплику короля:

— Мы опоздали. Орда уже ворвалась в город, когда мы прибыли. В тот день там отмечали праздник Первой песни, весь Гиллетрай гулял и веселился на улицах. Это упростило вампирам задачу. Они пронеслись по городу волной саранчи, истребив все живое: выпили кровь фейри или предали их мучительной смерти.

Лоррет кивал поникшей головой, уставившись себе под ноги, будто уже знал о тех событиях и ему больно было слышать о них вновь. Но он вскинул глаза на Кингфишера, когда тот продолжил:

— Я оставил Рэна с «волками» и пошел искать Малькольма. Решил, что сам его убью, один на один. Но сначала мне на глаза попался не Малькольм. Сначала я нашел того мерзавца, который убил мою мать.

Беликон провел кончиком языка по длинным верхним клыкам:

— Думаешь застыдить меня до смерти прошлыми грехами? Разбежался! О твоей суке-мамаше болтали, что она величайшая прорицательница из ныне живущих, но на самом деле Эдина ни на что не годилась. – Король хмыкнул. – Как только она разродилась девчонкой – моей как-никак, я перерезал суке глотку. Меня достало ее гребаное вранье.

— Она никогда не лгала тебе, – бесстрастно произнес Кингфишер. – Не смогла бы солгать даже под страхом смерти.

Беликон отмахнулся:

— Не отвлекайся. Расскажи им о сделке, которую мы с тобой заключили.

— Малькольм вошел в город во главе своего войска. И я узнал, что они с Беликоном не враги. Эти двое были союзниками еще до того, как на наш род обрушилось проклятие крови. Но до сегодняшнего дня я не знал, что в их альянс входит еще и Мадра. Я хотел спасти тех немногих горожан, которые остались живы, и Беликон предложил мне сделку. Он взял монету – самую мелкую из тех, что имели хождение только в Гиллетрае. С одной стороны там был вычеканен древесный лист, с другой – рыба. Он сказал так: если монета ударится оземь и ляжет листом вверх, Малькольм уведет орду из города, никому больше не причинив вреда. Если же монета ударится оземь и ляжет вверх рыбой, они завладеют городом и уничтожат его, а мне придется отдать им последних уцелевших фейри на растерзание и встретиться с Малькольмом на поле битвы.