Книга Ртуть, страница 295 – Калли Харт

Я рухнула на колени и разревелась. В последний раз я так плакала, когда пустынные ветра разносили над песками прах моей матери. Тогда я поклялась себе, что никогда и никого не пущу в свое сердце настолько глубоко, чтобы снова испытать такую боль. Но теперь эта боль опять разрывала меня на части.

А когда я увидела, что́ лежит на каминной полке, меня это добило окончательно.

Нимерель.

Почерневший от времени меч покоился среди свечного воска и банок с кисточками, солнечный свет искрился на его рукояти. Кингфишер не взял с собой клинок. И я знала почему. Если Малькольм его убьет и завладеет богом мечей, нельзя исключать, что вампирам удастся снова сделать клинок проводником магической энергии. Если это случится, разрушениям, которые он сможет учинить, не будет предела. А еще с помощью бога мечей можно опять закрыть ртутные порталы между мирами. И тогда не будет спасения ни мне, ни друзьям Кингфишера.

Стало быть, Кингфишер отправился в Гиллетрай спасать Эверлейн и всех, кто ему дорог.

Он отправился туда один и без оружия.

Кэррион взвизгнул и выронил из рук книгу. Он и сам чуть было не опрокинулся со стула, когда я внезапно вывалилась из черного дымного вихря в спальне Кингфишера.

— Боги, мать их, вечно живые! – Кэррион поперхнулся и забарабанил себя в грудь кулаком. – А постучать нельзя было?

— Где все? – спросила я.

— Без понятия. Может, в библиотеке? Они себе скоро косоглазие заработают, все таращат зенки в книжки, ищут, как разрушить чары порабощения. А откуда у тебя меч Кингфишера?

Я бросила на кровать Нимерель с замотанной в старую рубашку рукоятью – пришлось накрутить ткань в несколько оборотов, чтобы он не опалил мне ладони.

— Не обращай на меч внимания! – отрезала я. – Ты что здесь делаешь?

Контрабандист без зазрения совести пожал плечами:

— Я искал Оникса, не нашел нигде и подумал, что он, наверное, дрыхнет в хозяйской уютной спаленке. А тут вон чего! Спаленка оказалась отвязным местечком. Ты видела, что творится с картинами? – Он указал на изодранные в клочья холсты в рамах на стенах и продолжил, не дожидаясь от меня ответа: – Я уже собирался уходить, но потом подумал, что, возможно, Кингфишер ведет дневник. И знаешь что? Не ведет. Зато я нашел кое-что получше!

— Сколько времени? – Я пересекла комнату.

— Погоди, тебе что, не интересно, что я читаю?

— Дай угадаю. Это книга пророчеств, и в ней куча моих портретов, на которых у меня остроконечные уши.

Кэррион от разочарования даже лыбиться перестал:

— Откуда ты знаешь?

— Свифт, мне некогда болтать. Сколько времени?

— Около двух вроде бы. Мы недавно пообедали. Я думал, из теневого портала гостей нужно ждать только ближе к вечеру. Рэн сказал, Фишер оставил ему записку, в которой говорится, что ты вернешься до темноты.

— О-о, Фишер это любит – оставлять записки, – буркнула я.

Воронка портала, приготовленного для меня Кингфишером, повертелась у кровати и с треском схлопнулась, дав понять, что она выполнила свое предназначение. Я смотрела, как исчезают последние перья черного дыма, и у меня внутри все клокотало от ярости.

— Чую, напряжение витает в воздухе, – саркастически хмыкнул Кэррион. – Уж не поругались ли вы, часом?

— Если слово «поругались» подразумевает, что я собираюсь оторвать ему башку, тогда ответ положительный.