Книга Пленница Повелителя песков, страница 88 – Елена Княжинская

— Я вернулся домой, но меня не было слишком долго. Мать не узнала меня при встрече. Она сошла с ума от горя и умерла на моих руках. Отец остался один. Вторая жена ушла от него. Друзья отвернулись. Соседи припомнили, как он возгордился, обретя богатство. Всеми покинутый, Саид вернулся в наш старый дом. Он и сейчас там живет.

— Вы так и не поговорили с ним?

— Поговорили, – ответил Зафар. О, сколько тоски и боли было в его голосе. – Отец не простил меня.

— Тебя? За что? Ты был жертвой, тем, кто расплатился за его ошибки!

Как и я, мелькнула мысль, но я не стала озвучивать ее.

— Он считал, что я проявил слабость, когда ушел с Касимом. Нужно было бороться до последнего.

— До последнего вздоха или селянина?

— Не знаю. Отец сказал, что у него больше нет сына. Я не стал настаивать. Во мне не меньше упрямства, чем в нем. Но речь сейчас не об этом. – Зафар повернулся ко мне. – Я не жалости ищу, Асия, не сочувствия. У меня нет семьи, за мной не стоит сила рода. Ради тебя я пойду против халифа, откажусь от подаренного им дома, положения, но все, что я могу предложить, – это магия и моя любовь. Подумай, таким ли ты видишь свое будущее. Я не стану торопить.

Повелитель погасил лампу и вернулся ко мне. Не оттолкнула его, когда он обнял меня. В темноте ничего не видела, но оттого еще острее реагировала на каждое прикосновение. Ощущала жажду Зафара, когда он целовал меня. Помня о его состоянии, первой отстранилась.

— Останься, – попросил Повелитель. – Я не трону тебя, не позволю ничего лишнего. Не стану давить. Тебе решать.

Я легла рядом с ним, прижалась, стараясь не задеть раны, призналась:

— Куда бы ты ни пошел, я буду с тобой до конца. Я люблю тебя.

Даже раннее пробуждение может быть приятным, если вместо суетливой служанки видишь любимого мужчину. Ощущаешь ласковые прикосновения его рук, его губ, делишь с ним одно на двоих дыхание.

Мы больше не возвращались к тому разговору. Зафар обещал не давить, дав мне возможность выбора, он поступил хитрее. Не просто убедил меня жить с ним в одном шатре, поскольку в остальных спали его воины. Каждое утро и вечер, стоило нам остаться вдвоем, доказывал свою любовь.

Мы пока не переступили последнюю черту, за которой мужчина и женщина становятся мужем и женой даже без обрядов, но оба едва держались. Мысль о том, чтобы снова попытаться соблазнить любимого, все чаще посещала меня. Одно останавливало: плотные стены шатров защищали от холода и ветра, но лишь немного приглушали звуки. Пусть никто не показывал на меня пальцем, не обвинял в бесчестье, давать пищу слухам я не собиралась.

— Асия, – позвал Зафар. – Подойди, нужно поговорить.

Каждое утро оставлял меня, давая возможность привести себя в порядок. Никогда не входил без разрешения. Каждый раз, останавливаясь на привал в полдень, оказывался рядом со мной.

Я поспешила навстречу. Все сказано, все решено было между нами. Я не сомневалась в Зафаре, не ждала подвоха, но тревога змеей заворочалась в душе. Слишком серьезен был любимый и время выбрал будто нарочно, когда все заняты и не смогут не то, что помешать, даже услышать нас.

Я бы устроилась рядом с верблюдом, прислонившись к теплому боку, но от песка веяло сыростью. Видимо, здесь недавно бушевала буря. Пришлось остаться стоять.