Книга Яд, что слаще мёда, страница 84 – Кассиан Маринер

Толпа ахнула и тут же отошла на шаг назад. Самый дурной знак вдруг появился перед их глазами. И это значило, что этот союз отвергнут Небесами. Шу Цзыжань картинно вскинул руки к лицу, изображая ужас.

— Зелёное пламя. Какое несчастье. Это же цвет скорби.

Гуань Юньси побледнел и тут же повернулся к Шу Цзыжаню.

— Это фокусы, этого ничего нет. Вы просто окрасили огонь своей пылью! — крикнул он.

— Фокусы? — Шу Цзыжань вскинул брови, изображая крайнее возмущение. Разве посмел бы он лгать самому Министру? — Огонь не лжет, Министр, и говорит, что в этом браке есть тень, и я знаю чья тень: мёртвой сестры невесты, Мо Юйлань. — Шу Цзыжань указал пальцем на пустое место рядом с Ханьлу. — Я вижу, — прошептал он загробным голосом. — Она стоит здесь и плачет кровавыми слезами.

Ханьлу закрыла лицо руками, посмотрев на место, куда указывал Шу Цзыжань. Толпа громче зашумела. Кто-то начал пятиться назад, пытаясь уйти с праздника. Все люди были объяты страхом. Суеверия — страшная сила.

— Хватит! — крикнул Гуань Юньси и шагнул вперёд, выхватывая меч. — Убирайся! Стража, выгоните его!

Именно в этот момент Шу Цзыжань бросил в огонь вторую щепотку, и тогда повалил густой белый дым, пахнущий кладбищенской землёй, который окутал сад, скрывая молодых и других людей. В этом дыму начали слышаться голоса, шёпот и стоны, которые мастерски чревовещал Шу Цзыжань.

— Убийца, убийца... — шелестело в воздухе.

Люди в панике побежали наружу, началась сильная давка. Стало понятно, что банкет был сорван даже несмотря на простые действия и всего лишь уловку трав. И как раз именно в этой суматохе я пробиралась ближе к помосту. Дым ел глаза, но я всё равно шла вперёд, потому что знала, куда идти. И я увидела Ханьлу, которая стояла на коленях и задыхалась от кашля, потерявшись в белом тумане. Я схватила сестру за руку. Глаза, полные ужаса, поднялись на меня.

— Кто ты? — испуганная прошептала она, и попыталась вырвать руку. Но я подняла её лицо и заставила посмотреть в свои глаза и всмотреться в черты лица.

— Тише. Слушай меня, Ханьлу. Не верь этому ублюдку. Он убил меня и убьёт тебя, если ты станешь ему не нужна.

— Но отец сказал...

— Отец продал нас. Ему плевать на наши жизни. Не верь ему. У тебя есть яд, что мать хранила? — Ханьлу кивнула, трясясь всем телом. — Держи его при себе, но никогда не пей. Если Гуань Юньси попытается тронуть тебя, то пригрози, что выпьешь. Этот ублюдок боится скандалов больше смерти, ведь они омрачают его лицо. Скажи, что умрёшь на его пороге, и тогда его проклянут духи предков. Он не тронет тебя. Тяни время, пока возможно. Я приду за тобой и заберу.

— Юйлань… ты жива… — прошептала она и тут же расслабилась. Ей сразу стало легче.

— Молчи об этом. Я призрак для всех. Если скажешь кому-то, то мы погибнем. Хотя этот ублюдок наверняка знает, что я жива. Не может не знать. Но никто больше не знает, кроме тебя и знающих людей.

— Кто здесь?! — рявкнула выплывшая из тумана фигура Гуань Юньси. Я оттолкнула Ханьлу и нырнула в толпу.

— Уходим! — рука Цзи Сичэня схватила меня за локоть, и мы побежали через сад, паникующих гостей и перевёрнутые столы.

Позади слышались крики Гуань Юньси, который приказывал перекрыть входы и не дать никому выйти, особенно тем, кто как раз и поднял суматоху. Но он опоздал. Мы выбрались за стену, где ждала нас повозка. Сам лекарь, довольный как напакостивший кот, уже сидел внутри.