Книга Благородный детектив из Токио, страница 39 – Идзуми Аидзава

Камэё не могла вынести мысли, что их семейные тайны станут достоянием общественности. Поэтому и позвала благовоспитанного юного детектива Рихито, способного разобраться в деле тихо, не поднимая шума.

Кроме того, Камэё решила передать злосчастный сапфир не сыну, а тому, кто, по ее мнению, действительно достоин его. Даже если он будет не из их семьи.

В этой семейке достойных явно нет, тут она не ошиблась.

Итика мысленно перечислила всех, с кем успела столкнуться, и тяжело вздохнула. На фотографиях «Дикая Синева» завораживала своим великолепием, сияла чистотой морских глубин. И представить себе, что это бесценное сияние могло бы достаться Синтаро, Кёко, Рэми или, страшно сказать, Киппэю с его волосами-водорослями, было решительно невозможно.

Они с Рихито наконец покинули коридор, где недавно столкнулись с тем самым водорослевым ловеласом, и вышли в просторный холл у входа. Благодаря высоким потолкам в нем было очень светло и свободно.

— Ах… господин детектив… простите, я не успела переодеться, – смущенно произнесла стройная женщина, стоявшая посреди комнаты.

Это была Саюри, жена второго сына Камэё. Повернувшись к вошедшим, она слегка поклонилась, ее короткие темные волосы мягко качнулись. В одной руке она держала ведро, в другой – швабру с длинной ручкой. Очевидно, гости застали ее за мытьем пола. В белой рубашке, бежевых брюках, почти без макияжа, она выглядела просто и неброско, совсем не похоже на Кёко или Рэми, живущих под одной с ней крышей.

— Убираетесь? – спросил Рихито, подходя ближе и чуть наклонив голову.

— Д-да… это моя обязанность, – ответила Саюри, заливаясь румянцем. Слишком уж ослепителен был юный детектив.

— Понятно, – кивнул он. – Значит, вы отвечаете за уборку. А кроме этого, что еще делаете?

— Готовлю для всех, стираю, глажу… А когда матушка Камэё едет в больницу, вожу ее туда и обратно. Еще занимаюсь садом, прополкой… и… – В конце концов, она замялась, будто поражаясь количеству своих обязанностей.

Итика слушала молча, но внутри у нее уже закипало раздражение. Все домашние дела и даже обязанности шофера, все свесили на одну женщину. А остальные-то тогда чем занимаются? Киппэй упоминал, что Саюри заставляют делать все по дому. Похоже, не только Камэё, но и остальные с радостью переложили на нее свои бытовые заботы.

— Почему бы не разделить обязанности? – вырвалось у Итики. Если Камэё так экономит, что даже прислугу не нанимает, то хотя бы семья могла бы помогать друг другу.

— Нет-нет, все хорошо, – покачала головой Саюри. – Я справляюсь и сама. Мой муж, Юдзи, умер, а я для этой семьи человек посторонний. Мария, дочь, – родная внучка матушки Камэё, а я чужая. По правде говоря, мне не положено оставаться. Но раз уж нас с дочкой приютили, я должна отблагодарить их за доброту хотя бы усердной работой.

Женщина говорила спокойно и не оставляла пространства для спора, но Итике стало очень горько. Рихито, вздохнув, снова улыбнулся:

— Саюри… Если бы у вас была возможность… Скажем, подвернулся бы шанс украсть какой-нибудь дорогой камень, вы бы рискнули, лишь бы уехать отсюда?

Вопрос был настолько прямым, что Итика чуть не подпрыгнула.

— Рихито! Нельзя же так прямо спрашивать!

— Зачем тратить время на обходные пути? – нахмурился детектив.