Книга Поручик Ржевский и дама-вампир, страница 106 – Иван Гамаюнов

Этот вопрос заставил поручика встрепенуться. Домой рано! Перед этим следовало обязательно побывать у ведьмы. Однако никто кроме поручика не знал, насколько это обязательно. Никто не мог помочь повернуть события в нужную сторону. Разве что богиня Фортуна. И пусть ранее она уже дважды дала понять, что не поможет расколдовывать Петю, Ржевский решил воззвать к ней.

«Фортунушка, если не согласна помочь, то хотя бы не мешай», — мысленно взмолился он, а вслух произнёс:

— Погодите, Пётр Алексеевич. Раз уж мы здесь, хотелось бы сделать ещё одно дело.

— А что именно?

— Надо нам с вами ещё раз в лес сходить.

— Зачем?

За два часа, пока ехали до Пивунов, Ржевский успел придумать достойный предлог для похода к ведьме. Такой предлог, что посчитался бы достойным, даже если бы не требовалось заманить Петю в лес.

Ржевского и раньше посещала интересная догадка, но теперь всё сложилось одно к одному, как масть в картах: и догадку надо проверить, и Петю расколдовать.

Кашлянув для солидности, поручик произнёс:

— Второй раз с ведьмой поговорю. Прошлый разговор мне покоя не даёт. Она как будто что-то знала и старательно наводила меня на след. Говорила, что Полушку мою украл Кощей. Кощей! А ведь в этом имени явное созвучие с фамилией Костяшкин. Крестовский-Костяшкин! Вот я и хочу снова спросить о Кощее. Но на этот раз с пристрастием. Пускай старуха расскажет, что её с Кощеем связывает. Я от неё не отстану, пока она не скажет.

— Если вы полагаете, что разговор принесёт плоды, то, конечно, нужно сходить ещё раз, — согласился Петя.

— Тогда собирайтесь, Пётр Алексеевич.

— Но зачем вам я?

— Поможете мне эту старую каргу разговорить, — ответил поручик. — Один дознаватель — хорошо, а два — лучше. В прошлый раз вы очень кстати спросили её о том, как она, почти слепая, может жить в лесу одна.

— По правде говоря, я этого не помню, — признался Петя. — Мне кажется, я вообще с этой знахаркой не говорил.

«Именно! Кажется», — подумал Ржевский.

— Вы просто забыли, Пётр Алексеевич. Но ваше присутствие мне там необходимо. У вас научный склад ума. А для того, кто ведёт расследование, это очень полезная черта.

Поручик, конечно, льстил. Всё, что он говорил, в большей степени относилось к Тасеньке, а не к Пете, но заманить в избушку к ведьме нужно было именно Петю.

Увы, лесть не подействовала: тот упирался, и причина упорства была понятна.

— Я бы лучше здесь подождал с Таисией Ивановной, — мечтательно произнёс младший Бобрич, поэтому Ржевскому ничего не оставалось, кроме как действовать жёстко.

Скорбно вздохнув, поручик спросил с надрывом в голосе:

— Пётр Алексеевич, вы отказываете мне в помощи? Значит, верно говорят, что влюблённые жестоки…

На этот раз подействовало! Он даже не успел договорить, а Тасенька укоризненно посмотрела на Петю, и настроение у того сразу переменилось:

— Что вы, Александр Аполлонович! Я вовсе не отказываюсь.

«Так-то лучше», — улыбнулся про себя Ржевский и с опаской подумал о Фортуне. Не собирается ли богиня пошутить? Однако ничего не происходило.

— Тогда в путь! — Поручик обернулся к Алевтине, которая вытирала тряпкой стол после готовки: — Дашь нам провожатого?

Вопрос был самый простой, но у крестьянки вдруг вытянулось лицо. Её будто застукали с соседом на сеновале, а священник, о котором поручик почти забыл, недовольно засопел.