Книга Ритуал для посвященных, страница 87 – Геннадий Сорокин

«О-па! — догадался Воронов. — В ней заговорили гены предков. Я — это день сегодняшний, жених — отдаленное будущее. Не завидую я парню. Сидит сейчас в казарме, почесывает голову и не догадывается, что это рога растут, а не кожа зудит».

— С младенцем много возни было?

— Надя одна справлялась. Она же целые дни с ним сидела. Я на учебу уезжала. По вечерам ей немного помогала: пеленки стирала, гладила, давала Наде возможность на улицу выйти, до магазина добежать. Но все это было как-то не по-настоящему, что ли. Представь: была девушка-студентка, стала мать. Не было ничего, и вдруг появился живой человечек, который пищит и ручками двигает. К этому надо привыкнуть. Надя еще не успела осознать себя матерью…

В подъезде раздались голоса. Воронов прижал палец к губам: «Тс-с!» Так и есть! Раздался скрежет вставляемого в замок ключа. Виктор бесшумно вскочил, погасил в комнате свет.

«Окна выходят во двор, — мгновенно оценил обстановку Виктор. — Если это приехала жена Петрова, то о посторонних в квартире она еще не догадывается».

Крадучись он подошел к двери, прислушался.

— Замок заело! — сердито сказала жена Петрова.

— Дай я попробую, — предложил незнакомый мужчина.

После нескольких попыток провернуть ключ незнакомец предположил:

— У меня такое ощущение, что замок закрыт изнутри. Может, там твой муж? Напился пьяный, спит и ничего не слышит.

Над головой Воронова пронзительно зазвонил звонок. Виктор вернулся в комнату, жестами показал Глафире: «Собирайся! Уходим!» Попова беззвучно засмеялась. Маленькое приключение нисколько не испугало ее. Выпутываться-то Воронову придется.

— Я схожу к машине, возьму масленку, — сказал мужчина. — Попробуем смазать личинку замка. Если не поможет, дверь придется ломать.

— Ты с ума сошел? — ужаснулась женщина. — Как я потом хозяевам буду про сломанную дверь объяснять? Квартира же не наша — арендованная.

Пока жена Петрова с незнакомцем решали, что дальше делать, Воронов и Попова оделись, встали у двери.

— Готова? — одними губами прошептал Виктор. — Поехали! Смелость города берет.

Воронов щелкнул замком, проворно выдернул ключ, открыл дверь нараспашку. На пороге квартиры стояли жена Петрова и мужчина лет тридцати пяти. Дверь для нах распахнулась так внезапно, что оба лишились дара речи, замерли на месте в тех позах, как стояли.

— Привет! Как дела? — по-свойски спросил Виктор. — Олегу ничего передать не надо? Нет? Ну, тогда мы пошли. Дверь закрывать не будем, замок заедает.

Воронов и Глафира побежали вниз по лестнице. Вслед им через некоторое время раздались проклятия.

— Проститутка! — не стесняясь соседей по подъезду, кричала жена Петрова. — Тварь узкоглазая!

Дальше она сорвалась на нецензурную брань, но было уже поздно. Виктор и Глаша, давясь от смеха, выскочили на улицу.

— Анекдот: приехал муж из командировки, — сквозь смех сказала девушка, — а в квартире — шалман! Черт знает кто спиртное пьет, на хозяйской кровати валяется. Расскажи кому, не поверят. Видел бы ты ее лицо! У нее челюсть отпала, когда она нас увидела.

— Кажется, завтра мой одногруппник станет холостяком, — поддержал веселое настроение Воронов. — Даже выслеживать никого не придется. Сами приехали и во всем расписались.

На остановке Воронов и Глаша простились. Провожать ее до общежития Виктор не поехал. После ее отказа выйти замуж Попова перестала быть сказочной красавицей с идеальной фигурой и превратилась в обыкновенную девушку, отношения с которой потеряли всякую перспективу. Глаша тоже понимала, что эта встреча — последняя и лучше ее завершить на высокой ноте, оборвать отношения на самом интересном моменте.