Онлайн книга «Кто шепчет в темноте?»
|
Однако на деле он вовсе не ощущал желания философствовать. После первого беглого осмотра он преисполнился дурных предчувствий. После второго он ударился в панику. После третьего… Потому что Фей Сетон не было в поезде. «Спокойствие! Не заводись! Фей должна быть здесь!» Однако ее не было. Майлз стоял в проходе где-то посередине поезда, держась за поручень под окном и стараясь не особенно волноваться. Стало теплее и пасмурнее, черные дымные облака как будто смешивались с дымом поезда. Майлз таращился в окно, пока проносившийся мимо пейзаж не начал расплываться. Он мысленно видел испуганное лицо доктора Фелла, слышал голос доктора Фелла. «Объяснение», которое доктор выдал лишенным выражения, приглушенным голосом, пока старательно набивал карманы Майлза печеньем взамен пропущенного завтрака, оказалось не особенно вразумительным. — Найдите ее и не отходите ни на шаг! Найдите ее и не отходите ни на шаг! – такова была основная идея. – Если она будет настаивать на возвращении в Грейвуд сегодня вечером, ничего страшного – на самом деле это, наверное, наилучший вариант, – однако не отходите ни на шаг, ни на минуту не выпускайте ее из виду! — Она в опасности? — По моему разумению, да, – сказал доктор Фелл. – И если вы хотите увидеть, как с нее будут сняты обвинения в… – тут он замялся, – самые тяжкие обвинения против нее, по крайней мере, то, ради всего святого, не подведите меня! Самые тяжкие обвинения против нее? Майлз покачал головой. Поезд дернулся так, что его тряхнуло. Фей либо не успела на поезд – это казалось невероятным, если только автобус не сломался по дороге, – или же, что больше похоже на правду, в итоге повернула обратно. И вот теперь он стремительно уносится в противоположном направлении, прочь от того, что может случиться. Однако – погодите-ка! вот она, его надежда! – «что-то препоганое», предсказанное доктором Феллом, кажется, относилось к тому, что может случиться, если Фей поедет в Лондон и попытается осуществить свои планы. Это же значит, что не о чем беспокоиться. Или есть о чем? Майлз не помнил более долгого путешествия. Он ехал в экспрессе и не мог сойти, чтобы повернуть назад, даже если бы захотел. Дождевые капли хлестали по окнам. Майлз оказался посреди семейного праздника, выплеснувшегося из купе в коридор и превратившегося уже в какой-то пикник у костра, – они вспомнили, что сэндвичи лежат в чемодане под горой чьих-то чужих чемоданов, и на какое-то время происходящее стало напоминать день переезда. Было без двадцати четыре, когда поезд прибыл на вокзал Ватерлоо. Сразу за барьером его дожидалась Барбара Морелл. Подлинная радость, которую он ощутил при виде ее, на миг рассеяла все его страхи. Через барьер, огибая их, тек поток шумных пассажиров с поезда. Из вокзального громкоговорителя гулко вещал обезличенный голос. — Здравствуйте, – сказала Барбара. Она казалась более отрешенной, чем он запомнил ее. — Здравствуйте, – отозвался Майлз. – Мне… э… не очень-то хотелось вытаскивать вас на вокзал. — О, ничего страшного, – возразила Барбара. (А вот серые глаза с длинными черными ресницами он запомнил отлично.) – Кроме того, мне все равно надо вечером в контору. — Какую еще контору? В воскресный вечер? — Я с Флит-стрит, – пояснила Барбара. – Журналистка. Потому я и сказала, что «не совсем пишу». – Она отмахнулась от этой темы. Серые глаза украдкой изучали его. – Что стряслось? – спросила она внезапно. – В чем дело? У вас такой вид… |