Книга Элегия, страница 68 – Лу Цюча

— Вчера и позавчера он приходил?

— Нет, не было его. Голубя тоже.

— Голубь – это кто?

— Приятель Ло Суна, они обычно вдвоем приходят.

— Голубь – это кличка?

— Ну ясно дело.

С этими словами он повернулся к двум остальным с вопросом: «Знаете, как его звать-то на самом деле?» – оба отрицательно покачали головой. Тут разговор прервался, потому что игрок справа от меня взял на руку кость со стены и выиграл. К счастью, когда началась следующая сдача, заговорил игрок слева от меня:

— Этот приятель Ло Суна каждый раз, как разживается деньгами, покупает билет «Белого голубя»^[67], вот мы его и прозвали Голубем.

— Часто он выигрывает?

— Да какое там. В маджонг он еще ничего играет, постоянно сколько-нибудь да выигрывает у нас, и не успеваем мы оглянуться – он уже несет деньги букмекерам.

— Знаете, где он живет?

— Здесь неподалеку, они вместе с одной продавщицей живут, любовница его. Кирпичные дома прямо у реки, а его дом тот, у которого при входе мертвое дерево. А вам он зачем?

— Хочу спросить, не знает ли он, где найти этого Ло Суна. – Я выкинула «две точки», разбив комбинацию, которая вскоре могла бы превратиться в выигрышную «внешнюю руку»^[68], и их тут же взял себе в «панг»^[69] соперник напротив. – А если удастся найти Ло Суна, спрошу его, не знает ли он, где сейчас находится одна знатная барышня.

— И вы целыми днями вот так ходите и всех расспрашиваете?

— Ну да, так и хожу, – сказала я. – А другие друзья у Ло Суна есть?

— Был еще один лысый. Гол как сокол, живет в трущобах, что возле фабрики, одежда на нем вечно грязная. Он нечасто сюда приходит, как проиграет – никогда не платит долги, его тут не особо жалуют.

В эту сдачу никто не собрал «маджонг». За несколько партий моя «скверная игра» дала свои плоды: я узнала почти все, что хотела, но заплатила за это тем, что из денег, которые я вначале положила на стол, почти ничего не осталось. Поэтому в следующую сдачу я решила сменить тактику и попытаться отыграть свой проигрыш.

Кости в этот раз мне достались неплохие, и уже через пару-тройку кругов я стала «просящей рукой»^[70]: мне нужны были либо «три бамбука», либо «шесть бамбуков», и если бы я вытянула нужную кость со стены, то выиграла бы «с закрытой рукой»^[71]. Но нужная кость никак не появлялась, а когда до завершения этой раздачи оставалось всего два круга, мне неожиданно пришли «пять иероглифов», с которыми можно было бы сыграть «закрытый конг».

Я колебалась: играть или не играть «конг»? Если не играть, то, даже если я выиграю, вернуть проигранные деньги не получится. Может, все-таки рискнуть, и была не была? Я выложила четыре «пятерки иероглифов» на стол и потянулась на другой конец «стены» за замещающей костью. Но, эх, чуда не произошло: мне пришли не «три бамбука» и не «шесть бамбуков», а «зеленый дракон», пару к которому я выбросила в самом начале.

Я оценила ситуацию за столом: у моего соседа справа был «панг» из «красных драконов», и, если я выброшу нужный ему для выигрыша «зеленый дракон», у него будет маджонг из одних только «пангов». Если только у него на руке нет «белых драконов»…

Оказалось, что дурное предчувствие меня не обмануло.

Только я выбросила «зеленого дракона», он тут же схватил его и, не став даже раскрывать кости на руке, вскочил на ноги и возбужденно закричал: