Книга Тени над Ялтой, страница 12 – Валерий Шарапов

Они стояли рядом с их вагоном. Три грузинки. Их происхождение было понятно сразу: смуглые, яркие платки, золотые серьги. Но не веселые южные торговки, какие обычно встречаются на вокзалах. А напряженные. Злые.

Одна из них, старшая, лет пятидесяти, с тяжелым лицом и черными глазами, держала в руках сверток, обвязанный платком. Сверток явно был тяжелый, она прижимала его к груди. Две другие, помладше, одна особенно красивая, но с искаженным гневом лицом, вглядывались в лица выходящих пассажиров.

Никитин услышал, как старшая прошипела что-то по-грузински младшим. Голос резкий, злой. Младшая красивая ответила так же резко, и вдруг плюнула на землю.

Проводница вышла из вагона, увидела грузинок, подошла к ним.

— Встречаете кого-нибудь? — спросила она настороженно.

Старшая грузинка одарила ее тяжелым взглядом:

— Мы встречаем человека. Он должен был приехать в этом вагоне. Петр зовут. Почему он не выходит?

Проводница побледнела и пожала плечами:

— Какой Петр?

— Петр Микитович, — четко произнесла старшая. — Старик. С горбом. В шляпе. Он ехал в вашем вагоне, в купе номер шесть. Мы знаем.

Пауза. Проводница не знала, что ответить и в отчаянии посмотрела на Никитина.

Красивая вскрикнула что-то по-грузински и вдруг схватила проводницу за локоть:

— Где он?! Почему его нет?!

Старшая резко одернула ее:

— Тамара, замолчи!

Повернулась к проводнице:

— Так где он? Почему не вышел? Дайте нам пройти в вагон!

Проводница начала заикаться:

— Я… я не могу вам ничего сказать. Обратитесь в милицию. Там, в здании вокзала, дежурная часть…

Лицо старшей грузинки окаменело. Она медленно кивнула, и в этом кивке была такая злость, что проводница невольно отступила поближе к двери вагона.

— Ты что-то скрываешь, — сказала старшая тихо. — Ты что-то скрываешь. Говори!

Проводница снова кинула на Никитина полный отчаяния взгляд. Никитин едва заметно отрицательно покачал головой, мол, не смей рассказать. Но проводница сломалась под натиском женщин.

— Он пропал. Ночью, — едва слышно произнесла она. — Наверное, в Орле вышел… Нет его в поезде. И вообще, у нас убийство случилось. Шестое купе опечатано. Там милиция работает… Уходите, гражданки! Здесь не положено стоять!

Похоже, что грузинки даже не удивились. Старшая повернулась к младшим, сказала по-грузински резко и коротко. Никитин не понял слов, но по интонации догадался: приказ немедленно уходить.

Красивая, Тамара, всхлипнула, прикрыв лицо платком. Вторая, помоложе, взяла ее под руку. Старшая сжала сверток еще крепче, и все трое быстро ушли с перрона куда-то в сторону стройки.

Никитин проводил их взглядом. Грузинки встречали старика. Они ждали его. И очень разозлились, когда поняли, что он не приехал.

Этих нескольких минут оказалось достаточно, чтобы Никитин потерял из виду попутчика из их купе. С тающей надеждой оглядел перрон. Толпа, носильщики, встречающие. Угрюмого мужика нигде не было видно.

Варя окликнула мужа:

— Аркаша! Аркаша, не стой!

Никитин рванул вперед, несмотря на тяжелые чемоданы. Варя теперь уже едва поспевала за ним.

— Аркаша, куда так разогнался! Я не успеваю!

Никитин замедлил шаг, оглянулся. Варя догнала его, запыхавшаяся, раскрасневшаяся. Остановилась, перевела дыхание.

— Посмотри, какая красота! — Она кивнула в сторону строящегося здания вокзала. — Вон, смотри! Колонны, арки! Это же сталинский ампир, настоящий! Как в Москве на ВДНХ! В газете писали, что в следующем году уже построят.