Онлайн книга «Золотой удар»
|
С того самого дня, когда он ушел ночью из дома, они с Катей так и не разговаривали. Жена больше не доставала его расспросами, завтрак и обед, когда он приходил домой, подавала своевременно, но всякий раз, укладываясь в постель, отворачивалась лицом к стене. Веня тоже постоянно молчал, часто выходил на улицу курить, а позавтракав, так же молча уходил на работу. Сегодняшний день мало чем отличался от двух предыдущих. Несмотря на усталость и то, что этой ночью он плохо спал, Веня проснулся ни свет ни заря, не дождавшись трелей будильника. Съев остывшую яичницу с переваренными и слипшимися рожка́ми, Веня кивнул жене и вышел из дома. До начала рабочего дня времени было еще много, поэтому он решил не пользоваться общественным транспортом, а пройтись пешком. По дороге он пусть и не без труда, но все-таки сумел выкинуть из головы дурные мысли и полностью переключиться на рабочий лад. Когда Веня вошел в кабинет оперативного отдела, его уже поджидали Щукин с Гороховым и Волгина. — Звереву звонил? – как-то даже обреченно поинтересовалась Мария. — Трубку не берет, – отмахнулся Веня. — Наверное, куролесит с очередной цыпочкой и пьет шампанское с нарзаном, – усмехнулся Шура Горохов. Веня зыркнул на Шурку и холодно сказал: — Если и так, то он как никто другой этого заслужил! — А я что? Да я вообще… да я разве… – Горохов осекся, так и не договорив. — Позвони ему еще раз. Вдруг он все-таки не уехал, – потребовала Мария. Веня набрал домашний номер телефона Зверя, длинные гудки были ему ответом. — Нет его дома. Хотите, сами звоните. Номер телефона вам известен. — Сомневаюсь, что он станет меня слушать. Ладно, мне работать нужно. – Мария поправила прическу и вышла из кабинета. Веня вздохнул с облегчением, затем, сдвинув брови, властно посмотрел на Щукина с Гороховым. — Ну, чего сидите? Шурка, докладывай! — Да нечего докладывать. – Шура беспомощно развел руками. — Тогда дуй в прокуратуру, я туда вчера звонил и все согласовал. Перерой весь их архив, но найди мне что-нибудь про Гвоздя. Мы знаем, что он сидел, нужно выяснить, сидит ли сейчас. Если Вавилов на свободе, сдается мне, что и его тело мы вскоре обнаружим с проломленной головой. Давай, одна нога здесь, другая там. — Уже иду, – промямлил Шура обреченно. – Я вообще-то после дежурства… — Иди! Не выводи меня! Найдешь мне материалы по Гвоздю, пойдешь отсыпаться. Когда Шура вышел, Щукин, видя озабоченное лицо Вени, спросил: — Не знаешь, что делать? Веня, испытывая опустошение, выдохнул: — Точно! — Да уж… без Зверя как-то… – Щукин хмыкнул, – пусто, что ли. — И не говори. Веня на мгновение задумался, и тут его словно осенило. — Слушай-ка, Андреич, ты ведь у нас, кажется, боксом одно время занимался? — Было дело. Даже разряд имел, еще до войны. А потом руку сломал, и все… Сложный был перелом, со смещением, с тех пор спорт пришлось оставить, я тогда как раз в угро устроился… — Да погоди ты, Константин Андреич, – перебил Веня. – Давай порассуждаем: у нас два трупа, обе жертвы в молодости были приятелями и были убиты одним и тем же способом: четко поставленным ударом в висок. Предположительно убийца – левша. Что нам это дает? Щукин усмехнулся в усы. — Думаешь, наш убийца боксер? — А почему бы и нет? — Знаешь, а ведь я тоже об этом думал… |