Книга Ядовитое кино, страница 82 – Валерий Шарапов

Сейчас Зверев издалека наблюдал, как Славинский дает указания, советуется с новым постановщиком трюков, а статисты в польских и прочих европейских мундирах готовятся лезть на уцелевшие части крепостной стены. Со стен палили пушки, все чудовищно грохотало, потом внезапно замирало, чтобы вскоре снова прийти в движение. Одновременно с разных точек работало несколько камер.

Зверев различил Уточкина, который промелькнул и скрылся в пороховом дыму, увидел Дорохова, облаченного в доспехи, и только спустя несколько минут наконец-то сумел рассмотреть Таисию Рождественскую. Она была в образе, но в данный момент в съемках не участвовала, а скромно стояла за спиной режиссера.

Зверев показал удостоверение кому-то из персонала. Ему дали стул, и он просидел, наблюдая за процессом, почти до самой темноты.

Съемки завершились, актеры поспешили в палатки снимать грим. Статисты, представляющие обе армии, организованной колонной двинулись в сторону моста и вскоре исчезли из вида.

Зверев снова отыскал Рождественскую. Она переоделась в скромное синее платье и уже собиралась сесть в один из автобусов, который должен был доставить актеров в общежитие.

— Таисия Александровна, здравствуйте! Не желаете прогуляться?

— Вы? – удивилась актриса.

— Майор Зверев! Я рад, что вы меня не забыли.

Женщина мило улыбнулась:

— Помнится, при нашей первой встрече вы просили называть вас просто Павлом!

— Называйте как хотите! Так мы прогуляемся?

Она внимательно посмотрела на майора. Зверев почувствовал легкий озноб. Его правая щека дернулась.

— Простите, но я очень устала! – извинилась актриса. – Завтра снова съемка, мне предстоит много работы.

Зверев кашлянул:

— Боюсь, но вынужден буду настоять! Пойдемте?

Рождественская окликнула Горшкову и что-то шепнула ей на ухо. После этого неожиданно мило улыбнулась Павлу:

— Раз уж вы так настаиваете, я готова.

Они двинулись в сторону Довмонтова города, прошли через сквер, в конце которого облюбовали неприметную лавку.

— Ну рассказывайте. Что еще за шпионские страсти?

— Как вы уже, наверное, знаете, мы ищем убийцу Качинского.

— Разве он не найден?

Зверев ухмыльнулся и подсел ближе к собеседнице.

— Найден. Теперь уже найден!

— Тогда зачем все это?

Зверев почувствовал, что впервые за все время их общения, тогда и сейчас, голос актрисы дрогнул.

— Затем, что я пришел арестовать убийцу.

— Я вас что-то не понимаю!

— Прекратите! Все вы понимаете! Ведь это вы убили Качинского, Головина, Быкова и Жилину…

Женщина дернулась, но Зверев схватил ее за руку.

— Что за чушь?!

— Черноусова задержали за то, что он сотрудничал с английской разведкой. Они вместе с братом продавали за рубеж государственные секреты. Но ни сам Черноусов, ни его брат не убивали Качинского и других ваших коллег. Их всех убили вы!

Женщина попыталась встать, но Зверев снова не дал ей этого сделать.

— Поначалу в моем списке подозреваемых вы были одной из последних. Вас считали любовницей Качинского, и все думали, что без этого великого деятеля киноиндустрии ваша «звезда» скоро угаснет. Никто тогда и предположить не мог, что вы захотите убить своего благодетеля. Тогда мы все считали, что вы были единственной, у кого не было повода убивать Качинского, но это было тогда!

— А теперь этот повод появился? – сквозь зубы процедила Рождественская.