Книга Охота на охотника, страница 97 – Сергей Бакшеев

— Тосочка: «Буратино» или «Солнцепек», — закончил вместо него Крюк. — Отличная идея! Сообщи куда надо, пусть подгонят. Мой костер будет меткой, чтобы не промахнулись.

— Крюк, ты соображаешь, о чем просишь?

— Вот уж точно, прогреюсь до косточек, лучше чем в бане, — с наигранной мечтательностью произнес Крюк и крикнул: — Проваливай! Ты Светлую обидел и меня хочешь?

— Крюк, что я могу для тебя сделать?

— Пообещай извиниться перед ней.

— Обещаю, если она… — Коршунов не закончил фразу. Он произнес эти слова уныло, без особой веры.

— Не если, а когда! — поправил Крюк. — Вы обязательно встретитесь. Светлая выпутается. Она Демон!

— Обещаю!

Коршунов попятился, собираясь уходить. Тихий голос Крюка остановил его:

— Коршун, погоди. Я рассказал Светлой о моем сыне. Обещал ему подарок.

— Какой подарок?

— Она знает. Найдите Лёху Брагина.

— Я передам. Обязательно передам! Мы найдем твоего Лёху.

Брагин затухающим взглядом проводил Коршунова. Оставшись один, решительно отстегнул биопротез, вырвал вживленные электроды и, невзирая на кровоточащую культю и осколок в плече, стал собирать сухие ветки и обкладывать ими пробитые канистры. На влажные руки и вдыхаемые пары он не обращал внимания.

Я всегда выполняю заказ. Это мое правило. Жить по правилам легче, даже если правила трудные. Чтобы не случилось, иду до конца. Я ответила «+» в чате с Куратором, значит, Чеснок должен быть обнулен, ведь я — Светлый Демон!

С этими мыслями я подъезжаю к проходной биолаборатории. Оставляю питбайк у забора. Снимаю куртку, остаюсь в обтягивающей футболке с глубоким вырезом. После согнутого положения всадницы настраиваю походку.

В интернате нам внушали: «Смотрите под ноги. Не заляпайтесь». И девочки ходили с опущенными головами и сутулой спиной. Нынешнее поколение зависающих в телефоне выглядят так же. Молодые старушки!

При подготовке к профессии киллера я узнала, что большинство людей считывают информацию по положению тела, жестам и мимике собеседника. Интонация при первом знакомстве важнее смысла слов. Девчонки, хотите выглядеть впечатляюще — позаботьтесь о походке. Представьте, что затылок, плечи и ягодицы касаются ровной стены. Так и идите. Взгляд на уровне глаз, грудь вперед, нога от бедра!

Именно так я захожу в проходную. Растрепанные ветром волосы добавляют моему облику стремительной дерзости, запах пота и пороха неженской брутальности. Холодный взгляд сквозь охранников, будто их не существует. На ходу демонстрирую пропуск Софии Сидоренко. Зачарованные охранники скользят взглядами по изгибам фигуры с кошачьей грацией. Хвалю себя, что не взяла пистолет, он бы меня спалил.

Выбираю хлюпика с отвисшей челюстью, ослепляю улыбкой и обращаюсь только к нему:

— Мне к командиру батальона. Срочное донесение от офицера Могилевского!

Хлюпик показывает мне дом командира нацбата и извиняется:

— К командиру сейчас не пускают.

— Кто на посту?

— Талер.

— Предупреди! — приказным тоном говорю я и смело иду к указанной пристройке к столовой.

Стучу в железную дверь. Талеру любопытно, он смотрит в глазок на блондинку и открывает дверь. Передо мной широкоплечий боевик с фигурой борца и выколотой свастикой на шее. Когда его взгляд опускается ниже моей талии, я морщусь, изображаю хромоту и поджимаю правую ногу.