Книга Охота на охотника, страница 20 – Сергей Бакшеев

Ева вполуха прислушивалась к разговору военных и думала о своем. Ей нравился спортивный парень по имени Андрей Могилевский, а киллер с позывным Могила ее пугал. Хотя сегодня он научил ее стрелять. И не в тире, а из настоящего оружия. Это круто! Такого от студентов не получишь. А еще он помог сделать снимки на закрытом объекте. Точнее, она его раскрутила, как студента. Если снимки подойдут отцу, мама согласится на продажу квартиры. А там уже и Европа!

Ева сделала вид, что ей скучно и уткнулась в телефон. Незаметно сфотографировала сетчатый забор и запасной выезд с решетчатыми воротами, замотанными проволокой. Никакой охраны в отличие от проходной.

За спиной послышался скрип несмазанного колеса. Угрюмый Талер катил строительную тачку к скотомогильнику. Рябина развернул внедорожник и съехал на обочину, чтобы пропустить тачку. Поверх тачки лежала лопата, а под ней что-то пестрое окровавленное.

— Что это? — не веря своим глазам, ужаснулась Ева.

— Не смотри! — отдернул ее Могила.

— Зато Чеснок на время успокоится, — меланхолично прокомментировал Рябина.

Еву затрясло. В окровавленных лохмотьях она разглядела истерзанное тело юной цыганки, которую вчера видела живой. Живот скрутило, перепуганная девушка ринулась к запасному выходу.

Могила нагнал ее и грубо дернул за куртку, чуть не сбив с ног:

— Куда, дура!

— Ты больной⁈ — возмутилась Ева, подавив с трудом рвотный рефлекс.

— Жить надоело? Как пришла, так и уйдешь! — не на шутку волновался Андрей.

Ева обмякла, словно лишилась сил. Он обнял девушку за плечи, потянул назад вслед за уехавшим внедорожником и уже спокойнее приговаривал:

— Не суйся сюда без меня. Пропадешь.

— За что? Почему? — лепетала Ева, слыша, как Талер орудует лопатой.

— Забудь. Она никто. А ты со мной. Ты моя. Моя!

Потрясенная Ева улавливала лишь интонацию: он за нее переживает.

Ева проснулась среди ночи от сдавленного мужского голоса:

— Это я, не включай!

Свет под дверью погас. Ева спала в комнате с бабушкой, голос слышался из соседней комнаты, где жила мама. Бабушка в ночной рубашке уже сидела на кровати и успокоила внучку:

— То твой батька.

— Из Донецка? — не сразу поверила Ева.

— Тихо, — цыкнула Мария Павловна.

Родители перешептывались. Мама беспокоилась:

— Игорь, тебя никто не видел?

— Мы краем леса шли. Я местность знаю, взяли проводником, у меня и позывной Таксист. Вывел наших — к тебе.

— Куда вывел?

— К запасному выходу биолаборатории. Он не охраняется.

Ева слышала, как отец обнял мать и задохнулся в поцелуе. Возбужденно выдохнул:

— Рюкзак мешает.

Поклажа шлепнулась на пол и покатилась под кровать. Мама продолжала тревожиться:

— А твои что?

— Заминируют американскую заразу и взорвут. К утру управятся. У нас час, София.

Новые объятия и путающиеся шаги закончились тихим вздохом старой панцирной кровати с горкой подушек. Неловкую нежность прервал мамин голос:

— Да погоди, Игорь. Взрывать нельзя!

— Ты же сама рассказала про смертельные вирусы. У нас приказ Комбата — уничтожить! Что не взорвется, забросают гранатами.

— Вирус — это микроскопические частицы биоматериала. В пробирках вирус не активен, но от взрыва частицы разлетятся, попадут на людей и начнут размножаться. Заболеют все вокруг!

— Наши ребята, моя семья? — туго соображал папа.