Книга #НенавистьЛюбовь, страница 160 – Анна Джейн

— Помнишь, в тот день — или уже был вечер? — я толкнул тебя, ты упала и поцарапала ладонь до крови. Потом я подарил тебе листочек и сказал, что больше не буду так делать.

— Не помню, — растеряно отозвалась я.

— Я помню, и этого достаточно, — отозвался тихо он. — Каждый раз, когда из-за меня ты ударялась или ранилась, я слишком сильно переживал, чтобы забыть. Прости меня, Даша, — в его голосе слышались отголоски потухшего огня. — Я виноват перед тобой. Но я всегда старался защитить тебя. Тогда, когда мы возвращались домой и к тебе пристали мальчишки. Когда Серый поспорил на тебя за моей спиной. Когда закрутилось все это дерьмо с Владом.

Даня хотел коснуться моего лица, но отдернул руку. Его взгляд вдруг устремился вперед, на появившихся откуда-то трех парней в спортивной одежде, которые шли в нашу сторону.

Матвеев напрягся. Выражение его лица изменилось. И он, вдруг закрыв меня спиной, шепнул:

— Телефон держи при себе. Если что, убегай, поняла?

От изумления я на несколько мгновений разучилась разговаривать. И сердце кольнуло нехорошее предчувствие. Неужели эти трое парней что-то нам сделают? Что происходит?

Однако ничего не случилось. Они прошли мимо, правда, несколько раз обернулись — наверное, не ожидали в столь поздний час встретить в парке жениха и невесту. Внезапный страх тотчас отпустил меня.

Напряженные плечи Дани расслабились. Он едва слышно выдохнул и на секунду прикрыл глаза.

— Что это было? — спросила я удивленно.

— Да так. Перепутал.

— Что перепутал? — нахмурилась я.

— Думал, гопники местные. Надо было сразу ехать домой, не гулять так поздно, — отозвался он и сказал, словно сам себе: — Идиот. Не подумал…

— О чем не подумал? Матвеев, давно ли ты параноиком стал? — невинно поинтересовалась я. — Это отличный район, к тому же и на дворе еще не глубокая ночь. Видишь, вон там даже люди есть, — кивнула я в сторону далеких домов. В одном из них находилось кафе, и на крыльце стояло несколько человек. Наверное, курили.

— Идем домой, поговорим обо всем там, — решил Матвеев, взял меня за руку и, ускорив шаг, повел к нашему временному дому.

— Не так быстро! — возмутилась я. — Я себе сейчас шею точно сверну. Завтра перед Люциферовым один плясать будешь.

— Извини, — послушно сбавил шаг Даня.

Его горячие пальцы грели мою замерзшую ладонь. Он не отпустил ее даже в лифте, когда мы стояли, касаясь друг друга предплечьями. Кленовый лист я так и продолжала держать в другой руке, боясь отпустить его.

Шампанское в голове все еще играло, заставляя мир плавно кружиться вокруг меня. Нужно было думать о нашем предстоящем разговоре, а я думала о том, что Матвеев так и не поцеловал меня по-настоящему. И это в день нашей свадьбы, между прочим.

А ведь я хотела этого. Очень. Только он даже губ не разомкнул. Дурак.

Оставил незакрытым очередной гештальт, связанный со своей персоной.

До квартиры мы добрались довольно быстро — цветы и домик уже ждали нас там. Первое, что я сделала, — сбросила туфли и прямо в платье упала на диван, вытянув гудящие ноги. Пока мы были в парке, я не осознавала, как сильно устала. Но стоило мне расслабиться, как накатила усталость — и физическая, и эмоциональная.

— Держи, — поставил передо мной на столик бокал Даня. Точно такой же был у него в руке.