Книга Бархатные цепи, страница 24 – Фэй Пирс

Она не могла уйти, особенно сейчас. Там было небезопасно. Здесь, со мной, она была бы в большей безопасности. Но я чувствовал, что, даже если я объясню ей это, она всё равно будет спорить. Не было смысла объяснять ей, она бы всё равно не поняла бы.

— Дело не только в тебе. Если ты уйдёшь, то подвергнешь риску нас обоих. Нам нужно выступить единым фронтом. Мы должны держаться вместе, сейчас как никогда. — Мне нужно было, чтобы она поняла меня, поняла, почему ей опасно находиться вдали от меня. Я хотел уберечь её, хотя мне и нравилось, что она рядом.

Она продолжала смотреть мне в глаза, как всегда дерзкая и не желающая отступать. Напряжение в комнате было таким сильным, что я его чувствовал. Оно было осязаемым. Мне казалось, что если я протяну руку, то смогу до него дотронуться. Когда я смотрел ей в глаза, мне казалось, что я чувствую все её эмоции. Это было сочетание разочарования, страха, гнева и неоспоримого влечения.

Независимо от того, что она чувствовала, она всё равно собиралась делать то, что я хотел, и это было всё, что меня волновало. Она долго молчала, прежде чем наконец заговорила.

— Я тебя ненавижу, — сказала она, не отводя взгляда. Я смотрел ей в глаза и видел, что она говорит не всерьёз.

— Понятно, — промычал я в знак согласия, и на моём лице появилась довольная улыбка. В этот момент я вспомнил прошлую ночь и то, как она прижималась ко мне. Размышляя об этом, я почувствовал, как мой член слегка возбудился. Я никогда не хотел женщину так сильно, как хотел её. Это было постоянное желание, я хотел её каждый раз, когда видел. — Прошлой ночью я мог бы и повестись, но сейчас… — наконец сказал я, всё ещё улыбаясь.

Изабель тут же замахнулась, чтобы дать мне пощёчину, но я остановил её, схватив за запястье до того, как её рука коснулась моего лица. Мои рефлексы уже не раз спасали меня, и этот раз не стал исключением.

Я улыбнулся ещё шире. Чёрт, я люблю женщин, которые умеют драться. Она бы не победила, но попытка была милой. Меня всегда заводили упрямые женщины. Я действительно считал себя укротителем непосед и знал, что с ней мне будет весело.

— Тигрица, — сказал я, притягивая её к себе. Она была так близко, что я чувствовал её запах, так близко, что, если бы я чуть наклонился, то мог бы почувствовать её вкус.

Теперь я мог видеть её лицо во всех подробностях. Она затаила дыхание и смотрела на меня, гадая, что я сделаю дальше. Я хотел сделать с ней так много всего, но понимал, что сейчас на это нет времени.

— Одевайся, Изабель.

ИЗАБЕЛЬ

Дом был настоящим мини-раем. Если бы не ситуация, в которой я оказалась, я бы с удовольствием осталась здесь. Было немного грустно, что я не могла оценить его по достоинству из-за сложившихся обстоятельств.

Сейчас я сидела за обеденным столом напротив Винченцо в самой красивой столовой, которую я когда-либо видела. Если бы к определению «роскошная» прилагался какой-то образ, то это была бы именно эта комната.

Потолки были высокими и величественными, они возвышались над всем и всеми. Комната была элегантно обставлена антикварной деревянной мебелью с замысловатой резьбой. Каждый предмет мебели, вероятно, стоил тысячи долларов. Настолько они были красивы.

Единственное, что портило впечатление от прекрасного завтрака, это напряжение между мной и Винченцо, когда мы сидели друг напротив друга за длинным полированным обеденным столом. Воздух был настолько наэлектризован, что было трудно дышать.