Книга Личный дневник (пьяной) влюблённой провидицы, страница 124 – Алёна Май

— Моя самая бесполезная часть… Я боюсь смотреть в будущее! — закричала, ударяя рукой с бокалом по кровати и проливая вино на белые простыни. Если была бы совсем эгоисткой, то вместо вина это была бы моя кровь. Кровь, пущенная, чтобы остановить эти мучения. — Оно никогда не сбывается!

“Так почему ты отвергла Зака, раз твои видения не имеют значения?” —резонный вопрос, на который у меня был заготовлен ответ.

“Потому что мне было пятнадцать. И я ничего не знала о жизни”.

“А сейчас ты ее познала полностью, что ли?! Какие наши годы!”.

Вино уже не лезло в глотку, подсознание не затыкалось ни на минуту. Мысли, мысли, мысли.

— Надо больше вина, — и эта идея показалась мне одной из самых гениальных.

Пошатываясь, но всё-таки удержав равновесие, двинулась на поиски красного бодрящего напитка. Неубиваемая Ленар осталась в далеком прошлом. Была только убитая Ленар.

А дома ни капли не осталось, три пустые бутылки грустно смотрели на меня из мусорного ведра, который я пнула от всей души. Закричала, что есть мочи, выплескивая накопившееся.

— Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! — вдыхала через нос и выдыхала через рот, но не помогало. — Ненавижу тебя, Тобиас!

Убежала назад в спальню и упала лицом в подушку, сдерживая слезы. Но все было тщетно. Этот поток не сдержать.

Купила билеты на ближайший поезд. Уехать, сбежать. Домой, подальше от всего этого дерьма. К маме и папе. Туда, где меня любят такой, какая я есть. Написала ребятам, что отменяю празднование дня рождения и не хочу никого видеть и отключила коннектор. Я не смогла бы дать внятный ответ ни на один вопрос от них. Они жили свои жизни, в которых для меня осталось слишком мало места. Проживали свои счастливые дни.

Макс же вел себя также как Леон. У меня как будто открылись глаза. Да, вежливый. Да, спокойный. Да, обращался со мной как с хрустальной вазой. Но нет. Был и деготь в этой бочке мёда. Максимилиан был слишком… слишком… Максимилиан. И то будущее, что я видела с ним — это одна из тысячи мечт, которым не суждено сбыться. Я даже не стала писать ему, что уехала. Начало казаться, что я за ним бегаю. Вечно жду, когда у него будет на меня время, выискивая время в его расписании.

“Ты его использовала, чтобы выбесить Тобиаса!” —напоминало подсознание о моей оплошности.

“Цыц!”

Сутки в поезде и я ощущала себя все лучше и лучше, хоть и устала физически. Быть подальше от всех, посвятить время себе. Не об этом ли говорила Кассандра? А все, чего я хотела — это побыть с семьей, которую давно не видела.

Родные стены встретили запахом свежей немагической выпечки, фиалок на подоконниках, щепоткой слез после долго разлуки и литрами папиной медовухи. Вот где истинный мёд. В родных объятиях, в добрых подколках, в любящих сердцах. Родители всегда были для меня примером. Столько лет вместе, а всё еще смотрели друг на друга горящими глазами, хоть и постоянно спорили и ругались.

“Разве вы с Тобиасом не ведете себя также?!”— возмущалось подсознание.

“Сравниваешь жопу с пальцем. Родители — это родители”.

— Ты выбрала подарок на день рождения? — спросила мама, когда мы в обнимку вечером смотрели какое-то старое кино.

— Мне ничего не надо. Хочу просто с вами побыть.

— Как тебя вообще отпустили с работы?

— Директор Спаркс, конечно, был не в восторге, но выбора у него не было. Если не отпуск, то я бы просто уволилась. Довольно самонадеянно, но прокатило.