Книга Сделка с собой, страница 59 – Лера Виннер

— Я хотел сказать тебе после суда.

— Чтобы отомстить? — я подперла подбородок рукой, чтобы удобнее было на него смотреть.

— Я на тебя не злился, — Дин посмотрел на меня в ответ, а потом чему-то улыбнулся и вдруг снова взъерошил мне волосы. — Скорее, находил это забавным. Ты так искренне негодовала на мой счет.

Я сбила его руку, и он с заметным трудом подавил уже откровенный смех.

Раздражения во мне это по-прежнему не вызывало, хотя и было до одури непривычно — возиться вот так, как если бы между нами совсем ничего не стояло.

— Ты бы мне не поверила, — продолжил он, однако, снова со всей серьезностью, задумчиво и тихо. — Сочла бы, что я просто пытаюсь очернить честного капитана, чтобы тебя позлить. И не приняла бы мои слова всерьез.

В ответ на это я могла только кивнуть.

Или замереть прямо в процессе этого движения.

— Рано или поздно я все равно узнала бы.

— Или Пит бы его заложил. Он терпеть не может «крыс», хотя и пользуется их услугами, — он дернул плечом, говоря об этом как о чем-то очень будничном. — И ты бы решила, что я в рамках мести его подставил.

Как ни крути, было бы плохо, — с этим я поспорить не могла.

Да, наверное, и не хотела.

— Спасибо, что сказал.

Дин повернул голову, сочтя, что ослышался.

На этот раз плечами пожала уже я, и села спиной к нему, для удобства подтянув колени к груди:

— Ты подарил мне небольшое, но преимущество. Это, как выяснилось, была его идея — подставить меня.

Последовало короткое молчание, а потом Дин погладил мою спину снова.

— Умно.

Он не язвил и даже не иронизировал, а точно так же, как и я, воздавал должное беспроигрышному плану.

Если бы у Гурвена все получилось, это не было бы нарочито, настораживающе очевидно и железно доказано, но сомнений ни у кого бы не возникло.

В лучшем случае я потеряла бы работу.

В худшем — свободу.

Но впредь никому не стоило бы беспокоиться на мой счет так, как был повод тревожиться после дела Коула. Весь город наблюдал за тем, как я вцепилась в него мертвой хваткой, и всем заинтересованным оставалось только предполагать, кто станет следующем и повезет ли ему так же, как повезло Дину.

Особенно когда я полезла в дела Тощего Тони.

Коул тем временем снова откинулся на спину.

— Ты уже знаешь, чем займёшься, когда уйдёшь из полиции?

Разговор был по-прежнему серьёзным, но я не повернулась, потому что в эту минуту мне не хотелось смотреть ни на него, ни на кого бы то ни было другого.

— Я не собиралась уходить из полиции. Я планировала отправить за решётку крупную рыбу…

— Меня.

— Тебя, — я кивнула, улыбнувшись уголками губ в ответ на эту попытку подбодрить. — Думала, получу повышение. Попрошу перевод в другой город. Куда-нибудь подальше отсюда. Начну всё с начала.

— Но ты ведь мечтала о чем-то. Как-то представляла себе свою жизнь, когда была ребёнком.

Он не позволил мне перевести тему или сместить акценты, и я невольно улыбнулась в очередной раз:

— Не знаю. Я никогда не думала о будущем в отрыве от полиции. Всегда хотела быть как отец. До того дня.

Я говорила о вещах, которые долго не решалась формулировать даже мысленно, наедине с собой, и Дин, несомненно, снова понимал всё правильно.

Однако ответил он легко, как если бы всё это уже не касалось ни его, ни меня:

— Теперь подумать всё равно придётся. Я на тебе женюсь. Но даже при всей моей личной толерантности, женой Дина Коула не может быть ищейка.