Книга Просто дыши, страница 254 – Ана Эм

— А то что? – склоняет голову набок. – Найдете мне другого жениха? Запрете в каком-нибудь подвале? Изобьете? Что именно вы сделаете?

Она обращается к обоим родителям, и я слышу, как голос постепенно набирает силу.

— Я правда хотела дать шанс. Последний шанс. Всем вам. Но это бесполезно. Даже стань я самым успешным художником в мире, этого все равно было бы недостаточно, верно?

Эва бросает взгляд на какие-то бумаги на столе, а потом хватает их и рвет.

— Я не стану давать никакое интервью. Не стану выходить за Клода. И уж точно не вернусь в Нью-Йорк. Не в этой жизни.

Швырнув клочки бумаги на стол, она расправляет плечи, дыша так, словно пробежала марафон.

— В таком случае, – безразличный к ее сцене, отвечает отец. – Не удивляйся, если галерея твоей подруги вдруг закроется, а твои картины больше никогда не увидят свет.

Эва стискивает кулаки и на мгновение прикрывает глаза, разочарованно качая головой.

— Меньшего я от тебя и не ожидала, Ричард Уоллис. – тихо произносит она и хватает свой телефон со стола дрожащей рукой. – В таком случае, ты не будешь против, если я прямо сейчас опубликую во всех своих социальных сетях историю. Одну. А может и две. О том, как я пыталась несколько раз убить себя, а моя мать говорила мне «не драматизируй». – она поднимает глаза на Эвелину.

— Ты не посмеешь. – шепчет та.

— Или, – Эва переводит взгляд на Оливию. – О том, как моя родная сестра стояла и наблюдала за тем, как надо мной издеваются в школе. Или же…

Она поворачивается к Эдварду, на лице которого впервые за этот вечер появляется эмоция.

— Я просто напишу, что моя самая знаменитая картина «Тот, кто причиняет боль» это твой портрет, отец. Чем из этого поделиться в первую очередь?

Все трое молчат. Эдвард с Эвелин переглядываются, а Оливия буквально краснеет на глазах. От гнева. От презрения. Она словно готова перепрыгнуть через стол и схватить Эву за волосы.

Отложив телефон в сторону, Уоллис наклоняется и достает из сумки какие-то бумаги.

— Я знаю, что дедушка оставил мне все свое состояние. – без каких-либо эмоций в голосе сообщает Эва. – И знаю, что единственным условием его получения является брак. Поэтому вы так спешите отдать меня замуж за кого-то вашего круга.

Она кладет бумаги перед родителями.

— Это отказ от наследства и всего, что должно было достаться мне по праву рождения.

— Что ты творишь? – ошарашено выпаливает ее мать.

— То, что уже давно должна была сделать. – отвечает Эва, и я замечаю слезу, которую она тут же смахивает. – Отрезаю себя от этой семьи. Я не буду никому ничего рассказывать о вас, а вы взамен сделаете вид, будто меня никогда не существовало. Вы не станете больше вмешиваться ни в мою жизнь, ни в жизни моих близких. Идет?

Оливия хватает бумаги со стола и быстро просматривает их, будто бы желая убедиться наверняка. Постепенно на ее губах расцветает улыбка.

— Эва, ты не можешь… – начинает Эвелина, но Эва перебивает ее и повторяет уже громче.

— Идет? – на этот раз она обращается только к отцу.

Тот медлит с ответом. Что-то обдумывает. А затем…

— Идет.

Эва не думает ни секунды. Схватив сумку и телефон она вылетает из этой душной комнаты. Я поднимаюсь из-за стола вслед за ней. Хочется так много сказать этим людям.

Вы ее не заслуживаете.

Мне жаль, что вы ее семья.