Онлайн книга «Следы на стекле»
|
Немного обалдев от такой внезапной грубости, я сама не замечаю, как выдвигаюсь за Валентином. — Я вообще-то не баран! — Прости, овца! — И не овца! — возмущаюсь, пытаясь остановить его и тем же ускоряя. — Я лев, то есть, львица, царица, между прочим! А вот Алекс — козер! Тут ты прав! Упёртый, упрямый козёл, баран, который не может перешагнуть через свои дурацкие принципы! — Значит, баран победил львицу. Очень смешно, Женя, ты сдалась! — Ничего я не сдалась! Просто у львицы обязана быть гордость! У меня должна быть гордость, а с ним я её теряю! — Гордость — не такая уж большая плата за то счастье, которого вы добровольно лишаетесь! Я вновь останавливаюсь, как вкопанная. С минуту наблюдаю за его удаляющейся фигурой, чтобы удостовериться, что он больше не собирается меня уговаривать или ждать, и постепенно осознаю, что он прав, в принципе. Насчёт того, что я заблужусь, уж наверняка. Даже точно зная адрес, я действительно скорее всего заплутаю в незнакомом посёлке, тем более ночью. К тому же, оказаться в предрассветный час где-нибудь в эпицентре веселья не связанных нормами морали курортных отдыхающих… ну, скажем так, не слишком заманчивая перспектива. Словом, мне становится по-настоящему страшно, и, отбросив гордыню и все прочие заморочки, я снова устремляюсь за темнеющим на фоне предрассветного неба силуэтом, что в разы удлиняется собственной тенью… В конце концов, мы с Алексом можем и не общаться. А утром я соберу свои вещи и уеду! И пусть он дальше сколько влезет «болеет» своим одиночеством! А я найду себе нормального чувака, заставлю его на мне жениться и нарочно нарожаю ему троих… нет, лучше пятерых деток!.. Примерно такие мысли вертятся в моей голове к моменту, когда мы с Валентином выходим на бескрайний, полностью песчаный пляж, залитый сочащимся со стороны горизонта жидким розовым золотом. Сгустившиеся тени отчётливо прорисовывают чьи-то идущие далеко вперёд нас следы и осторожно проступающие из глубин сумерек очертания. Предрассветное затишье, заставившее нас надолго замолчать, постепенно рассеивается: уже слышны отдалённые крики чаек, чириканье каких-то других птиц, и даже море, словно тоже просыпаясь, плавно наращивает рокот подкатывающих к берегу волн. Вот-вот начнётся новый день. День, когда родился Артём и ушёл в иной мир мой папа. И я чувствую, что и на этот раз он станет для меня особенным… Два тёмных силуэта на почти багровом фоне. Это Ника и Алекс. Они сидят у воды, их взгляды устремлены вдаль. Мы с Валентином подходим ближе, но, не успеваем и ртов раскрыть, как подскочившая на ноги Ника на нас шикает: — Тихо! Только молчите! Ты садись сюда… — Ухватив за руку, она подтягивает меня к Алексу. — А ты иди ко мне! Только тихо, говорю, пока что ни слова!.. Ситуация очень странная, но это же заставляет меня послушно опуститься в мокрый песок и оказаться плечом к плечу с навалившимся на собственные колени Алексом. Бросив взгляд на меня, он снова переводит его на восток, туда, где в нестерпимо-яркой полоске света, словно спичечная головка, жарко вспыхивает солнечный диск и лениво поднимается над горизонтом, прогоняя остатки мглы из этого мира, а также из наших заблудших душ своими всесильными лучами. — Урааааа!!! — вдруг восторженно восклицает Ника, и одиночные шлепки её аплодисментов прогоняют этот протяжный крик на многие километры вперёд. — А теперь давайте, давайте, встаём, встаём! Берёмся за руки!.. Побежали!.. И, пока я ошеломлена не только её простотой, но и самим приказом (откуда она знает?!), с моей безвольной ладонью внезапно решительно состыковывается крепкая и такая долгожданная ладонь Алекса… Наши тёплые пальцы сплетаются, ноги переходят на шаг… что с каждой секундой ускоряется, становится всё увереннее… Однажды мне станет известно, что Артём оставил голосовое послание, которое за пять минут до аварии записал видеорегистратор в его машине. В этом послании он рассказал Алексу, что я и есть «та самая» виртуальная подруга Васдушки, толкающая теорию о «единственных не параллельных» (как оказалось, они когда-то это обсуждали) А ещё признался, что будет рад за нас… И просил пробежаться по берегу моря, взявшись за руки, как я того хотела… И «чтобы песок тёплый, и ветер в лицо». И вот теперь мы все вчетвером исполняем его последнюю волю и одно из самых сокровенных моих желаний. Мчим по мокрому морскому песку, будто по битому стеклу, босыми ногами. Каждым движением причиняя себе боль, с каждым от неё же избавляемся. И оставляем за собой следы, всё новые и новые… Это будут не только наши следы. Это будут следы ещё и тех, кто уже не может бежать с нами. И мы не остановимся, пока самые дальние звёзды не вберут их в свою вечную память... |