Книга Ты всё равно станешь моей, страница 23 – Злата Соккол

Взгляд всё равно меня жжёт и прожигает. Лицо горит, руки дрожат... Нет, ну серьезно! Меня как будто раздевают, не меньше!

Честно говоря, мне требуется усилия, чтобы вытрясти из головы вату и сосредоточиться на приготовлении кофе. Не хватало ещё накосячить! - Если не секрет, вы давно здесь работаете? — Парень оплачивает заказ и обезоруживающе улыбается мне. — Да... Нет. Всего неделю, — бормочу я.

— И как вам здесь?

— Здесь хорошо.

— И начальник у вас хороший?

Вздрагиваю и резко вскидываю взгляд на парня. Тот сверлит меня черными как уголь глазами, и сейчас я замечаю в них что-то до ужаса жесткое.

— Хороший, — твёрдо отвечаю я.

По лицу парня ничего не могу прочитать. Он все ещё улыбается и сверлит меня взглядом.

— Всё! Иду закрывать! — слышу Надин голос откуда-то справа, а через секунду и сама она появляется рядом со мной. — Ой... Добрый вечер.

— Добрый, — вежливо здоровается парень. — Вы уже закрываетесь? Я немного опоздал. Не подскажите, Роман Владимирович ещё здесь?

— Да, он в своем кабинете, — выпаливает Надя и указывает на дверь кабинета Ермолова.

— Спасибо.

Парень допивает кофе и направляется в сторону кабинета Ромы. Мы с Надей и Катей молча провожаем его взглядом, а затем, под восхищенный шепоток обсуждающих посетителя девочек, я иду собираться домой.

Рома

Усаживаюсь за стол и, бросив испепеляющий взгляд на дверь кабинета, тихо чертыхаюсь. Меня просто выкашивает от одной мысли, что там за этой дверью сейчас крутится Одинцова! Блин, что ж за хрень такая с этой нищебродкой?! Почему она всё время попадается у меня на пути?! И сразу же начинаются проблемы. Красовская, конечно, тоже хороша. Как специально нарисовалась, и сразу же сцену устроила. Курица тупая, недалеко от Милоша ушла. Хоть бы башкой подумала своей гламурной, что будет, если отец узнает о подобном эпик фэйле в первые часы моей работы здесь... Хорошо, что хоть Одинцова всё молча снесла и не стала выпендриваться, но это может разовая акция, а потом? Вышвырнуть бы её отсюда, и путь летит ракетой, но... Но. У неё явно что-то случилось. Мне-то, конечно, похрен что там у неё, но всё же, если выкину не разобравшись, у отца возникнут ко мне вопросы. Тем более, что Алиса была очень довольна ей и хорошо при отце отзывалась о ней и её работе. А отцу нужны хорошие сотрудники, если приплету сюда личную непризянь и пну её — мне отец этого точно не спустит. Переплетаю пальцы перед собой и хмурюсь. Мысли крутятся в голове, но одна из них то и дело возвращается. Интересно, что же произошло у Одинцовой?

Дверь с тихим шелестом открывается, и в кабинет без, всякого стука заходит Милош.

— Привет, любимый братик, — со своей коронной наглой улыбочкой тянет Красовский. — Я скучал по тебе. Чмок-чмок.

Придурок, убить его что ли? Что себе позволяет вообще?

— Если не хочешь, чтобы в твою пачку сейчас полетело что-нибудь тяжелое, лучше заткнись, — цежу я.

— Ты как всегда до безумия любезен и внимателен ко мне.

Подходит ближе и опускается в кресло напротив моего стола. Глядя на него, прищуриваюсь. Как всегда весь из себя: в дорогущем костюме, пальто, цацках. Всем своим видом показывает, какой он богатый болван. Бесит. В последнее время вокруг меня таки концентрация людей, которые меня раздражают. Один хуже другого.