Книга Развод. Точка невозврата, страница 24 – Виктория Лукьянова

Точка невозврата пройдена.

* * *

— Может, уже объяснишь? — Миша смотрит, как я собираю вещи.

Находиться здесь больше не имеет смысла, как и пытаться спасти брак. Я сама все уничтожила. Впрочем, Миша тоже помог, когда не стал бороться за меня или пытаться хотя бы поговорить, когда я просила его это сделать.

— Что именно объяснить? — в голосе звучит сталь. Я удивляюсь себе. Столько эмоций было потрачено за последнее время, что, когда мы собираемся поговорить, мне уже нечего сказать как и нечего чувствовать к мужчине, который не пытается меня остановить. — Чем я занимаюсь или зачем приходила твоя дочь?

Майя ушла несколько минут назад. До этого времени она рыдала, потом Миша ее успокаивал, потом Майя вновь плакала, и я уж было подумала, что девчонка так перестарается, что даже отец перестанет ей верить. Но Майя успокоилась вовремя. Как раз чтобы полностью убедить отца в том, что это я с ней поругалась и я на нее набросилась.

Ну, с последним согласна. Жаль, что у меня не хватило времени оттаскать мелкую засранку за волосы.

— Лер, ты поняла, о чем я говорю, — Миша тяжело выдыхает. Кажется, бабьи скандалы его порядком достали.

— Твоя дочь тебе все рассказала. Или я не права?

— Я хочу услышать тебя.

— А мне нечего сказать, — пожимаю плечами, а потом разворачиваюсь и вновь иду в гардеробную. Сгребаю одежду и раскладываю ту по сумкам. Подумываю, взять все самое необходимое, а потом вернуться за остальным. Но с другой стороны, вновь переступить порог квартиры, где я когда-то была счастлива, будет больно.

Миша молча наблюдает, как я упаковываю чемодан, и, не выдержав, хватает меня за руку. Я дергаюсь от прикосновения и вырываю руку. Не хочу, чтобы он хоть пальцем ко мне прикасался.

— Да успокойся уже ты и скажи, что случилось.

— Я ухожу, Миш. Всё. Это конец.

— Не понимаю.

— Я хочу развода.

Миша хмурится, но не пытается остановить. И тогда я смотрю в его глаза и будто вижу в них молчаливое согласие. Выдыхаю. Он тоже желает освобождения.

Мне больно. Сердце расколото на миллион кусочков, душа вывернута наизнанку. Но ведь я готова к этому? Ведь так?

— Зачем ты женился на мне?

Меня больше не волнует, изменял ли мне Миша на самом деле или все подстроила его дочка, которая хотел с самого начала, чтобы ее отец остался с ее матерью. Помогала ли сама Людмила, пытаясь вернуть мужа. Неважно. Это больше не играет роли.

Сейчас я лишь хочу знать — любил ли меня муж.

Миша молчит. Я выдыхаю и отворачиваюсь.

Не нужно слов, ведь и так все ясно. Покачав головой, иду к туалетному столику и сгребаю в косметичку помады, тени и прочую чепуху, пытаясь занять руки делом.

— Хотя бы сейчас меня не обманывай, — бросаю через плечо оглянувшись.

Миша запускает пятерню в густые короткие волосы, проводит ладонью по голове и опускает руку. Я замечаю на его лице тень сомнения, и все же он громко выдыхает и произносит:

— Женился потому что посчитал тогда, что так будет правильно.

— Мы могли просто остаться любовниками, — пожимаю плечами, понимая, что я бы не согласилась на эту роль. Рядом с Мишей мне было хорошо, и я боялась его потерять. А когда он сделал предложение, и мы поженились, я была самой счастливой девушкой на свете. Я любила и была любима.

По крайней мере, тогда так думала.

— Я развелся с Людмилой. Мы поругались. Да, черт дери, наши отношения давно трещали по швам, но, когда она сказала, что хочет развод, — он делает паузу, и я слышу в его голосе усталость и боль, — мне пришлось согласиться. Мы разошлись, и тогда я встретил тебя. Думал, что смогу забыть бывшую жену, выброшу из головы почти двадцать лет наших отношений.